Между нами трещина

С мамой всё будет хорошо, и с твоей, Курам, тоже.

— Она просто так не отпустит, — сказала Наташа сквозь слёзы.

— Ничего, купим билеты на самолёт, её руки не бесконечно длинные.

— Но вы обещали отвезти нас куда-то совсем далеко, — встрял Курам. — Пропуски выдали.

— Возможно. Кстати, куда я пошёл после этого?

Но ответить Курам не успел. Его глаза расширились от удивления при взгляде мне за спину, отчего моё сердце пропустило удар. Голова опустела от мыслей, инстинкты взяли контроль. Я прижался всем телом к стене за мгновение до того, как воздух засветился от электрического разряда.

— Стой смирно, — раздался голос, чужой и родной одновременно.

“Мысль материальна,” — твердят бизнес-тренеры. И если бы не сегодняшняя вылазка, я бы поверил им. Клубящаяся в подсознании ненависть к самому себе обрела чёткую форму. В конце коридора стояла моя копия, только с густой шевелюрой, в длинном плаще и высоких сапогах, — наряд-мечта с самого детства.

— Зачем ты их так? — кивнул я на Курама с Наташей.

— Она предназначалась тебе. Но ты увернулся, хотя меньшего от своей копии я и не ждал.

В руках Антонио (по-другому я не мог его назвать, настоящий мачо из бразильских сериалов) появилась ещё одна цепь. Я увидел, что соседняя квартира не заперта, и нырнул туда не задумываясь. За закрытой дверью принялся искать в рюкзаке что-то подходящее для схватки с самим собой. Одно старьё и примитив.

— Зачем я тебе? — попытался потянуть время.

— Ты мне особо не интересен. Я лишь хочу забрать Курама и Наташу с собой.

— Хочешь премию за двойников из параллельного мира получить?

— Хочу дать им достойную жизнь, иначе у вас они задохнуться, завянут. Ты хоть понял, что трещина из-за них образовалась?

Я скривил лицо от пренебрежительного тона Антонио, но его слова помогли дорисовать картинку.

— Их любовь вопреки всему?

— В точку. Она настолько неестественна для твоего мира, что пробила брешь в параллельный. Нам такого не хватает, — мне показалось, что Антонио расчувствовался. — Все нацелены на результат, а вот так, чтобы отвлечённо, во имя светлого чувства...

По коридору полетел звук шагов. Каблуки с набойками били по полу, как молот по наковальне — звонко и дорого.