666 градусов по Фаренгейту (температура, при которой горит ведьма)

Похоже, у меня ни фига не иммунитет, а отражатель», подумал бесоборец, но цыганке говорить не стал − такую способность лучше держать в тайне. Пусть думает, что он колдун.

− Слушай, Маша, ты ведь умеешь у людей деньги выпрашивать… ну, магией?

Та молча кивнула.

− Ты хорошо это делаешь? − с нажимом спросил Игнат.

− Лучше меня из наших никто не может, − с гордостью ответила девушка.

− Сколько за раз можешь выпросить?

− Двадцать тысяч. Больше нельзя, иначе потом убивать приедут.

− Номер телефона свой оставь, − ласково попросил Игнат.

− Зачем это? − насторожилась ведьма.

− Тебе ведь без разницы, у кого просить и на что просить, − пожал плечами Игнат. − Я тебя на серьёзных людей выведу. Не сейчас, потом. Будешь процент иметь.

Помявшись немного, девушка всё же продиктовала номер.

− Всё, я тебя не держу, − сказал Игнат. − И передай своим, что мы их в покое не оставим. Пусть сюда не суются.

− Неправильные вы, − сказала ведьма. − Нас за магию не любите, а сами колдовством страх нагоняете, проклятия насылаете.

− Отчаянные времена требуют отчаянных мер, − невозмутимо ответил бесоборец.

Цыганка не спешила уходить.

− Почему не убегаешь?

− Я гадала на тебя. Смотрела, что будет, − призналась вдруг Мария.

− Ты ещё и такое умеешь? − удивился Игнат. Две способности означали либо потомственную ведьму, как в случае Ольги, либо действующий контракт с нечистой силой. Во таком случае ведьму нужно было срочно передавать в епархию на принудительный курс экзорцизма. С бесами тягаться новичку было рано, особенно, в одиночку − без священника.

− Плохо, но могу, − ответила цыганка. − Это у меня в роду у всех.

− И что? − успокоившись, спросил Игнат.

− Ты сразишься сразу с двумя ведьмами, очень сильными, − сказала гадалка. − Таких у ромалэ не было и нет.

− Когда сражусь?

− Не знаю, − пожала плечами Мария. − Может, завтра, а может, через год. Карты не говорят когда.

− И дальше чего?

− Если победишь, то должен будешь сделать выбор − или убить сразу обеих, или сохранить одной жизнь. Что бы ты ни выбрал, это тебя изменит.

− Рожай уже, − не вытерпел Игнат.

− В одном случае ты будешь жечь всех ведьм, до которых сможешь добраться. Сожжёшь меня и всю мою родню. Злее тебя никого не будет. Все колдуны будут тебя бояться. Но счастья тебе всё равно не будет. Никогда, до самой смерти, − голос у гадалки дрожал, лицо побледнело.

− А во втором случае?

− Ты устроишь меня к себе на работу.