666 градусов по Фаренгейту (температура, при которой горит ведьма)

Полицейские уже не знали, куда себя девать. Теперь, когда арканы с них слетели, они и сами не понимали, зачем помогали цыганкам. На Ольге же не было лица.

− Притомилась я, − ответила она на немой вопрос. − Всю ману потратила на этих. Доведи меня до машины. Сама не смогу.

Когда ехали назад, рядом с Игнатом сидела Ольга и держала наготове открытый пластиковый пакет.

Остальные посматривали на новичка странно, словно ждали чего-то нехорошего, а оно так и не наступало.

Как зашли на базу, Игнат первым делом направился к холодильнику, но там всё было незнакомое, и он не знал, что можно брать, а что нет.

− Чего ищешь? − спросила Ольга.

− Жрать охота − караул. Есть чего?

− Колдуны есть вчерашние. Я их правда сожгла немного. Разогреть?

− Холодными съем, − махнул рукой Игнат.

Пока он наворачивал, весь состав ячейки сидел и смотрел.

− Ещё есть чего? − спросил Игнат, прикончив тарелку колдунов.

− Ведьмин студень, − сказала Ольга.

− Чего?

− Холодец по собственному рецепту.

− Из других ведьм что ли?

− Не знаю.

− Ну давай.

Доедая очередную тарелку, Игнат наконец отвлёкся от еды и скосился на остальных:

− Чего смотрите?

− Как самочувствие, Игнатушка? − спросил иерей.

− Кажется, наелся. У меня от вашего экзоскелета аппетит зверский − такую тяжесть на себе таскаю.

− Вообще-то, на тебе сейчас дюжина цыганских проклятий, − сказала Ольга.

− Да? А мне норм.

− Я после первой встречи с их табором три дня хворал, − поделился отец Борис. − Из всех щелей хлестало… Только молитвы святым угодникам и спасли, да угля активированного пять пачек.

− Там бабка у них была − она меня наколдовывала… − рассудил Игнат. − Я прямо чувствовал − щёлк, щёлк, щёлк. Неприятно было, будто в меня какашками сухими кидают. Только у неё, похоже, бросок слабый.

− На лицо полный иммунитет к ментальной магии, − озвучила свой вывод Ольга. − Моя площадная не работает. Их прицельная − тоже.

− Да, случай беспрецедентный, − с серьёзным лицом кивнул старик. − Такая способность может быть как великим благом, так и нести в себе серьёзную угрозу.

Отец Антоний повернулся к здоровяку и сказал:

− Отвезёшь меня к матушке Евгении?

− Сейчас прямо?

− Нечего тянуть, Боря.

− Может завтра?

− Завтра ей и без меня доложат, − со скрытым ожесточением ответил старик.

− Кто интересно, − буркнул в ответ протодиакон, но пошёл готовить мотоцикл. У него на такой случай был «урал» с коляской. Через пять минут оба священника уже сидели на мотоцикле, в шлемах.