Баггер

– Да, ведь на самом деле это бумажка, независимо от того, что мне кажется.

– Вся штука в том, что мы не знаем, как на самом деле, – Рита говорила с такой интонацией, что стало видно – она пытается упростить и подобрать слова, чтобы произнести прописные истины. Она не хотела показать это, просто чувствовалось.

– В мире есть множество реальностей и взглядов на вещи. Моя, твоя, его… грузчика Василия и бабушки в трамвае. В мире существуют своего рода регуляторы. Мораль, законы, идеология.

Массовая культура, да вообще культура. Эти вещи позволяют упорядочивать реальности в одну. Твой фантик, конечно, не сто баксов. Вот только твои сто баксов – это фантик. Условность, дешевка. Заверни в него конфету. Люди условились и верят, что деньги имеют цену.

– В детстве мы играли в фантики, и они тоже имели цену, – Олег почему-то стал верить, хотя привычка спорить не покидала его.

– Так в том-то и дело, что в детстве. Дети проще и воспринимают мир непосредственно.

Они способны придумывать и фантазировать, а взрослые только и твердят «волшебства нет».

– А может, кому-то нужно, чтобы чудес не было? – Ленка спросила безучастно.

– Нужно.

– Кому же? – Олег заинтересовался. Рита говорила это так, что было заметно – это не просто беседа на интересную тему. Прорвалась область сознания, действительно для нее важная.

– Много кому. Если все начнут колдовать и ворожить, придется менять мир.

– А если не получится колдовать? – спросила Ленка.

– Ну а если не получится, тогда костер или сумасшедший дом. Кому какое дело, что ты единорогов видишь и с домовым разговариваешь? Ясно кому – главврачу, – Рита рассмеялась, – Да ладно вам, я же просто про волшебство вам рассказываю. А вы все свое – чудес не бывает, чудес не бывает. Вот и живите со своей наукой.

– Я не говорил, что чудес не бывает, – Олег стал серьезным, – Просто хочу, чтобы ты объяснила.

– А я не хочу объяснять. Если надо, сам поймешь.

– А те ребята, что за нами ехали? Были ли они?

Рита поморщилась.

– Что мы видели? Скорую помощь, колесившую среди многоэтажек? Ехали следом, а может, в попутном направлении. Больше ничего. Как и твои друзья, которые нас подобрали. Кто они для меня? Фантазия.

– Выходит, и я фантазия? – Ленка обиделась.

– Может быть, так же, как и я для тебя.