Распыление. Дело о Бабе-яге

Он ждал нас за домами, у реки: огромный, лохматый, похожий сразу на медведя и на волка. Тяжелая голова со светящимися, как плошки с горящим маслом, глазами, низко опущена, лоб покрывает бугристая чешуя. Но мы не боялись, мы понимали, что так Бабуля теперь выглядит.

Зверь беззвучно позвал, и мы подошли к нему. Близняшки, громко смеясь, стали его гладить, я тоже хотела обнять за шею и зарыться лицом в густую шерсть…

И тут перед глазами мелькнул огонь. Зверь фыркнул и отскочил, а потом, в ярости ударив в землю огромной лапой, заревел.

– Уходи, – сказал тот, кто держал огонь. – Уходи, и я не причиню тебе вреда.

– Они мои, – зарычал зверь. – Они мои, и должны быть со мной. Им будет хорошо со мной, на той стороне…

– Уходи, – перед мордой Зверя вновь загудело пламя. – Ты не можешь больше заботиться о них. Ты больше не человек.

– Мне не нужно быть человеком для того, чтобы заботиться о тех, кого я люблю! – зарычал Зверь. Он вновь махнул лапой, но тот, кто ему возражал, увернулся, и лапа не задела его.

– Ты утратил все права, став зверем. Если ты не уйдешь, мне придется тебя убить. – Зверь засмеялся.

– Давай сразимся! – зарычал он. – Я сломаю тебе шею, вырву внутренности и всё равно возьму то, что принадлежит мне по праву!

Человек с горящей веткой вытащил громадный пистолет и направил его Зверю в грудь.

– Нет! – закричала я и бросилась на него, стараясь вырвать оружие.

– Нет! – закричали близняшки и встали перед Зверем, загораживая его своими телами.

Зверь утробно захохотал.

– Видишь? Они сами пришли ко мне! Ты не сможешь меня убить, не причинив боли им…

Тьму прорезал бледный, неуверенный луч – краешек солнца показался над рекой и в этот же миг раздался громкий, пронзительный крик петуха.

С меня будто сорвало прозрачный, но душный мешок. Сразу всё стало отчетливым и ярким. Зверь больше не казался добрым и красивым. Он был огромен, черен, как подземельный мрак, и так же страшен.

Я еще вернусь… – прорычал Зверь и растворился в отступающей тьме.

– Что случилось? – спросил Сашка. – стоя в уличной пыли, он зябко поджимал босые ноги. – Я думал, это всё сон… Что мы здесь делаем? – хлопая глазами, он глядел по очереди на меня и Таракана.