Проблемы с драконом, проблемы дракона

Костик дернулся назад, Виктор чуть не упал, а дракон уже навис над ним с приоткрытой зубастой пастью.

Виктор снова удивился, насколько крупным стал Костик, как быстро он вырос.

— Подумай, Костик, — сказал он негромко. — Ты выбираешь — остаться человеком, или стать животным.

На несколько секунд наступила оглушительная тишина, а потом Костик застонал почти по человечески, опустил голову, лизнул руку Виктора длинным черным языком.

Виктор отнял руку, обнял дракона за шею.

— Горе, — сказал он, — мне тоже очень горько, Костик.

Когда дракон бросился на Виктора, господин Шильт чуть не взвыл. Отличный момент, но он не готов! Он не успел восстановить свою магию!

Было бы прекрасно — Лена дохнет от лихорадки, Виктор пытается укротить дракона, и тот откусывает ему башку... и все человеческое в его душе вскипает от осознания содеянного. Вина — если ее аккуратно подтолкнуть, убьет душу. И вот дракон готов к покорности.

Это было сутью приведения к покорности таких тварей, как драконы — магия на них почти не действует, а сила огромна.

И вот сейчас — самую малость подтолкнуть, чуть потом доработать, и дракон готов к употреблению.

Был бы.

Потому что нет сил ни подтолкнуть, ни потом привести к покорности. Ничего нет, ничего не успел.

Виктор не сплоховал. Господин Шильт видел, знал, что если б он хоть на миг испугался, если б позволил страху проявиться — дракон оторвал бы ему голову.

Но вот — обнимаются, плачут... Дракон башку парню на плечо сложил, Виктор его по плечу хлопает, держись, мол, парень.

Правду сказала Видящая, балласт. Пока они живы, пока они держатся — дракон не утратит свою душу.

Господин Шильт устало прикрыл глаза. Он думал.

Дракон — величайший приз, его покорность, его сила неоценима. Но сперва надо выбраться самому. А это такое дело, что нельзя ошибиться. Проигрыш — сразу гибель.

Значит, пока дракон должен остаться стабильным, а Лена должна выжить.

Лекарство... Лекарство-то под рукой, но как о нем сказать, не открывая своей магической природы? Никто, кроме магов, не может знать об этом средстве. Виктор, конечно, болван, он ничего не знает о магии, но все же не стоит слишком уж...

— Гошильт! — голос Виктора выдернул его из раздумий. Он удержался, чтоб не вздрогнуть. Открыл глаза, вышел на крыльцо.

— Вы уж извините, Гошильт, — сказал Виктор, — Я понимаю, что у вас наверное, есть важные причины...