Ведьма и Охотница

Охотница не сразу заметила, что вокруг Ведьмы больше не вился туман, сама же она выглядела еще более больной, чем обычно.

— Езжай к вокзалу, — тихо сказала Ведьма, потом уточнила. — С поездами.

Охотница обернулась, но её одёрнули.

— Их сожрали, — отрубила Ведьма, и Охотница не стала спорить.

— Подержи карту, пожалуйста, — попросила Охотница.

— Ты не знаешь, куда ехать?

— Почти, — сказала Охотница и повела машину вперед. Они ехали на восток, прочь от умирающего на закате солнца.

Машина тяжело ехала по неубранным дорогам, но пока не застревала.

Погоня не отставала. Вокруг окончательно сомкнулась тьма, и она врубила у машины фары.

— Лес, — нарушила молчание Ведьма.

— До него еще ехать и ехать, тебе совсем плохо?

— Я не про то. Гребешок.

Охотница на неё удивлённо посмотрела, почти сразу же отвернувшись обратно и мертвой хваткой вцепившись в руль — они налетели на что-то, что прошкрябало по дну машины. Что-то подсказывало ей, что оборачиваться было плохой идеей.

— Гребешок оставлял после себя не реку.

Лес.

Охотница предпочла и после этих слов не оборачиваться. Возможно, особенно после этих слов.

Ведьма стала что-то напевать себе под нос, и Охотница абсолютно точно не слышала, как за окном ей начали подпевать, так что они ни в коем разе не ехали по пустым заснеженным дорогам под аккомпанемент невидимых голосов. Руль под её руками начал упираться, как и педали, и переключатель передачи. Охотница разжала ладони, поняв, что это не имеет больше смысла, и они поехали дальше так, ведомые хором духов.

Ведьма продолжала петь всю дорогу, вплоть до того, как они заехали на вокзальную площадь, на лестницу к опустевшему Казанскому вокзалу. Охотница не проходила курса вождения, но точно знала, что подобный маневр был запрещен. С другой стороны, кому сейчас на это было не плевать?

Ведьма уверенно направилась внутрь вокзала, к поездам. Арина огляделась, но ни следов погони, ни местной живности видно не было, и она пошла за своей неразговорчивой попутчицей.

Внутри и на перронах было беспокояще пусто.

Они подошли к поезду, оставленному судьбой и разрисованному где граффити, а где и кровью. Охотница медленно вдыхала морозный воздух в попытке успокоиться и собраться.

— Дай спички, — приказала Ведьма, когда они вышли к рельсам. Охотница их ей передала.

Ведьма чиркнула раз, два, но её сил было слишком мало, и искра не выбивалась. Охотница отобрала у неё коробок и зажгла маленький огонёк, его отсветы забегали по замученным лицам.