Напряжение

Что-то не понятно? — Семен терпеливо тыкал карандашом в формулу, показывая загогулины и рассказывая, что они обозначают.

— Ага. Что такое «умножить»?

Семен звонко шлепнул раскрытой ладонью по лицу. Он так часто делает, перед тем как ответить. Наверное, думать помогает.

— Умножить — это действие, — закатив глаза к потолку, пояснил он.

— Круто! А я могу делать это действие?

— Да. Ты умножаешь скорбь.

— На что? — деловито уточнил я, записывая важную информацию в тетрадь.

— На тоску.

— И что получается?

— Безысходность, — тоскливо вздохнул мой учитель.

— Ага, — я уставился на ровные строчки цифр с тем же знаком.

— Выучишь к следующему разу. Заодно поймешь, что такое умножение. — засобирался Семен.

— Два умножить на семь равно четырнадцать... — прочитал я строчку. — А это точная информация?

— Абсолютно. Все, что тут написано — полная правда.

— Хм, — я приписал в конец колонки: «Максим = Император». Теперь этой таблице можно верить.

— Завтра зайду, — помахал рукой Семен.

Дядька вернулся ближе к ночи, и вернулся явно из большого города — на это указывали запахи одежды, пыль на ботинках.

— Присядь, — указал на место за столом и разлил чай по кружкам.

Извиняться будет?

— Я продолжаю поиски твоих родных, — начал он, выуживая из кармана пачку настоящих вафель. — Пока удается плохо, — признался он, присаживаясь напротив.

— Совсем плохо? — приуныл я, придвинул к себе пачку, и, не заметив запрещающего взгляда и жеста, великодушно забыл про утреннюю обиду.

— Через роддом — ни одной зацепки. Через Силу Крови — тоже мало успехов. Разве что у одного японского рода вроде что-то похожее, но ты, — оглядел он меня с головы до ног, — совсем не похож.

Я перестал растягивать уголки глаз в стороны и ссутулился.

— Как я уже сказал, поиски я продолжаю. Но делать это в стенах интерната очень сложно, долго пропадать в городе я не могу.

Дядька помялся некоторое время, даже поднес чашку к губам, но поставил ее назад.

— А еще находиться мне здесь опасно, — признался он. — Помнишь, я говорил тебе, что нельзя показывать виду, что мы что-то знаем?

— Да, — кивнул в ответ.

— У мужчин, взрослых, я имею в виду, мозгам иногда не получается обмануть тело. В общем, мне каждый раз сложнее вести себя так же, как раньше. — Дядя Коля отвернулся к окну.

— Вы уйдете? — с грустью произнес я, осознав, к чему ведет сторож.

— Через несколько месяцев, — подтвердил он мое предположение.