Девушка и зверь

И, едва узнав об участии винно-красного дракона, в нарушение всех правил кинулся на него посмотреть.

Его задержал мысленный оклик Пирута – тот угадал желание человека и потянулся сознанием к разуму соперника. И натолкнулся на совершенно чужой образ, который и телепатировал своему вожатому. Только порода и масть – остальное было другим. Второй винно-красный был моложе, стройнее, с горбатой мордой и черными рогами и гребнем, а когти на его крыльях были слегка деформированы. Ошибка так разозлила Макса, что он дал себе слово непременно прийти к финишу перед этим чужаком.

И он сдержал свое слово. Но радости это не принесло.

Победитель – темно-мраморный красавец из потомков легендарного Скрута – совершил круг почета над летным полем, порой проносясь так низко на бреющем полете, что у зрителей-мужчин с голов срывало шляпы, а у зрительниц-женщин – зонтики. Несмотря на это, все были в восторге – Макс слышал ликующие крики толпы. Сам он и остальные проигравшие в этом показательном выступлении не участвовали – достаточно того, что перед началом гонки они уже промчались перед толпой, демонстрируя себя во всей красе.

Сдав Пирута с рук на руки драконюхам, Макс отправился переодеваться. Праздник завершался. Осталась только одна гонка и небольшое показательное выступление молодняка. Такие номера обычно показывают в начале и в конце. В начале – чтобы успели добраться до летного поля опоздавшие зрители, и в конце – чтобы под шумок его покинули самые нетерпеливые, дабы не создавать давки на выезде.

- Герр Крюгер? – рядом возник уборщик. – Вас хотят видеть.

- Кто?

- Он не назвался.

- Но он передал, что хотел от меня?

- Сказал, что вы его ждете.

- И все?

- Да.

- В таком случае, передайте этому неизвестному, что, пока он не сообщит о себе и своем деле еще что-нибудь, я отказываюсь от встречи с ним!

Уборщик кивнул и исчез.

На сей раз это был ливрейный лакей в камзоле с цветами его герба.

- Мой господин, - слуга склонился в почтительном поклоне. – Ваша матушка просит вас присоединиться к ней.

- Охотно, - тоже ответил коротким поклоном почтительный сын. Мельком подумалось, что в лице его матери вмешалась сама судьба – еще неизвестно, чего хотел от него этот неизвестный.