Апостол Смерти

Я не мог не заметить, что дух явно наслаждался насилием над слабыми.

– Значит, он сомневался, стоит ли ему это делать. Если такой человек колеблется между двумя вариантами, ты можешь только помочь ему сделать выбор, и то не всегда. Одно или другое. К какому-нибудь другому решению он не придёт, ты хоть убейся.

– Смешно, – буркнул я, подавленный нарастающим плачем ребёнка, который был ни в чём не виноват. – Пойдём отсюда.

– Как скажешь.

Сквозь стену мы оказались в комнате соседней квартиры. Я ощутил, как сжимается сердце от детского крика, что был слышен и здесь.

– Как ты уже понял, в нашей власти манипулировать людьми, – демонстрировал свои знания Игорь. – Дети – самое простое. Что им ни внуши, всё отчебучат. Если это в их силёнках, разумеется.

Мы вышли из спальни и прогулочным шагом пошли по коридору, заглядывая в другие комнаты.

– Женщины тоже легковнушаемы, ты это уже видел сегодня на улице. С ними просто. Особенно подтолкнуть к опрометчивым поступкам или поселить всякие глупые мыслишки в их головы.

Проверено – один раз озвучил ей, скажем, какой-нибудь пусть самый нелепый страх, и бедная барышня полдня из него слона раздувает. Страдает, бедняжка, от собственных тараканов в голове. Их мысли – вот их настоящий ад.

– И много барышень ты так замучил? – без всякого интереса спросил я.

Игорь окунул голову в закрытую дверь, осмотрел комнату и вылез обратно.

– Пойдём на следующий этаж. Здесь никого… Нет, не много. Бывает, если долго забавляешься с ней, она начинает… как будто что-то чувствовать.

Решает, что там, где она находится, какая-то «нехорошая энергетика» или вроде того. – Игорь высокомерно фыркнул. – Всегда знал, что бабы ведьмы!

«И откуда ты такой циник?» – хмыкнул я про себя.

Мы поднялись на следующий этаж и вошли в ближайшую квартиру.

Я сразу понял, что здесь живут пенсионеры. На вешалках висят старомодные пальто, зонтики и клетчатая авоська. В квартире безупречный порядок, с единственной комнаты доносится громкое тиканье часов, а с кухни тихое шипение толстого слоя масла.

Я мог поклясться, что в воздухе стоит аппетитнейший запах, и от нахлынувшей ностальгии чья-то невидимая рука скрутила мои внутренности.

– Здесь живут ещё два типажа, – поведал мне Игорь.

На кухне сутулая старушка выкладывала из сковородки на тарелку пирожки. Её иссохшие руки двигались очень медленно, вилка слегка подрагивала в пальцах, а наколотый на неё пирожок, казалось, вот-вот сорвётся и упадёт на пол.