Апостол Смерти

Не всемирной, но всенорильской. Сеткой. С иностранцами, конечно, не познакомишься, да и с остальными россиянами тоже, но зато скорость приемлемая, можно бесплатно скачивать кино, игры и музыку. Правда, только у местных пользователей, если у кого-то имеется то, что нужно конкретно тебе, но в принципе, несмотря на скудность выбора, мне хватало. Я привык довольствоваться малым.

Незадолго до армии я обзавёлся парой-тройкой виртуальных знакомых в общем чате местного сайта знакомств. Они, игры да фильмы и были моим единственным развлечением и обществом до самой смерти.

Способ Игоря развлечься мне откровенно не понравился, вызвал возмущение, а вскоре и вовсе злость. К моему разочарованию, он не особо налегал на алкоголь, и потому сохранял ясность ума. Да, мёртвый дух может пьянеть от спиртного подношения проводника.

После пары бокалов и пустой болтовни мы отправились по соседским квартирам понаблюдать за чужой личной жизнью и, как выразился Игорь, провести пару интересных опытов.

В пустых квартирах он не задерживался.

Визуально оценивал материальное состояние хозяев по их жилищам и ворчливо комментировал: «Твари зажравшиеся», «А что так мало телевизоров? В четырёх комнатах ладно, а в туалете они как без сериалов?». Либо: «Нищеброды какие-то, самим не противно?», «Куда они зарплату просаживают, что денег на нормальный ремонт не хватает? Всё, пошли отсюда!». В общем, угодить ему было нереально.

Как только мы попали в освещённую квартиру, наполненную дружелюбными голосами, я начал предчувствовать скорые перемены к худшему, и хитрая улыбка Игоря закрепила мои опасения.

Самой мирной его забавой было подстрекание вполне милого и послушного ребёнка к бунту и оскорблениям родителей. Так он мне показал, что воздействие на несформированные личности – самое простое, на что способен дух.

– На этого даже времени не трать, – указал он мне на взбешённого отца, что шёл из соседней комнаты с ремнём в руке. – Сильная личность. Кулаком об стол, и всё должно быть так, как он сказал. Ты его не заставишь делать то, чего он не хочет.

Я не послушал его. Встал между отцом и мальчиком лет шести, заплакавшим от вида толстого ремня, и попытался убедить мужчину не трогать ребёнка. Но тот прошёл сквозь меня, раздались звонкие шлепки и истеричный вопль мальчика. Мне пришлось повысить голос, чтобы Игорь услышал меня:

– Отчим моей бывшей проводницы из таких же, но я как-то убедил его не лезть к ней с нравоучениями!

Игорь нехотя оторвался от созерцания воспитательного процесса.