Дело о золотой маске

Итен невольно приподнял бровь, выказав заинтересованность.

— Возможно, в вашем неверном, искаженном мире всякое существование простолюдина и даже простеца, неспособного к магии, имеет ценность. Но не в том, в каком я родилась и жила. Взгляни на меня! Я ведь действительно безвинна! Я не нанесла вред ни одному аристократу. Это мне не позволили осуществить мечту и стать королевой. Это моего возлюбленного умертвили, обвинив меня в его смерти. Меня оболгали и казнили в этом зале! Меня, которая осуществляла чужие мечты!

— Неужели?.

. — Итен готов был не поверить собственным ушам: она не лгала по-прежнему.

За уже не столь и короткий срок работы в полиции он частенько убеждался: лишь небольшая часть негодяев мнят себя преступниками и отъявленными мерзавцами. Остальные обеляют и оправдывают неблаговидные поступки, как умеют. Кто-то уповает на несчастливое детство, гнусных родителей, несправедливости, произошедшие с ним в прошлом. Другие винят во всем сложившиеся обстоятельства и выставляют себя их безвинными жертвами.

Некоторые на полном серьезе заявляют, будто защищались. Но никто пока не опускался до того, что утверждал, будто совершал благодеяния.

— Золотая маска — величайшая милость, — продолжала тем временем карга, — данная недостойной за исполнение мечты. Разве мечта не стоит того, чтобы отдать за нее самое дорогое, мальчик?

— Я так не думаю.

— Чего еще ожидать от плебея? — произнесла она с печалью в голосе. — Жаль, я рассчитывала найти союзника в твоем лице.

Итен отвернулся от нее. Проблема просыпания никуда не делась. Как ее решать он пока не знал, разговоры же с ушедшей в небытие, но крайне навязчивой каргой раздумьям не способствовали.

Зеркала, зеркала, зеркала. И двери, которые лучше не открывать, если не уверен.

А он, пусть и знал, что ее казнили в зеркальном зале, почему-то рисовал в воображении эшафот и палача в небесно-голубой или белоснежной мантии с огромным двуручным мечом или топором на плече. Нет… это он ошибся.

Головы рубили во времена первой революции и отнюдь не магам. Магов тогда не казнили, а убивали во время задержания, в стычках, либо им удавалось уйти.

— Да, зеркала, мальчик. Я сама попросила именно эту казнь.

Итен вздрогнул.

— Я даже обещала взять на себя убийство возлюбленного короля. И ты догадываешься почему, только не запомнишь.

— Ошибаетесь!

— Смотри!..

Стало очень светло. Повинуясь ее приказу, вспыхнули тысячи, а быть может, всего одна свеча.