Дело о золотой маске

Наверняка, спасибо следовало сказать и магам, державшим сферу неуязвимости вокруг завладевших человеческими телами тварей, и секретникам с их артефактами, хранящим место схватки снаружи. Однако основным все же было то, что под и антипод сражались друг с другом, а не поглощали материю вокруг. Стороннему наблюдателю вполне могло показаться, будто их силы равны.

Страшного не случилось: порвавшаяся реальность выстояла перед напором тонкого мира. Прореха затянулась, а то, что просочилось, несомненно, породило множество миражей, видимых и на других континентах.

Какая мелочь в сравнении с гибелью всего и вся!

Вот хрупкая с виду девушка одним взмахом ресниц заставила подняться в воздух камень, по размерам превышающий ее раза в два и швырнула в сторону врага. Тот не стал уклоняться. Глыба отскочила от того, кто захватил тело Рожъэ, словно мяч от стены, понеслась в сторону центра города, но рассыпалась, налетев на сферу. Крошево брызнуло во все стороны, заставив неприязненно поморщиться близстоящих магов.

— Мне становится скучно, — не обращаясь ни к кому конкретно, заявила Ирвина.

— Хочешь сказать, все слишком просто? — поинтересовался Лидар, стоящий от нее по левую руку и пристально наблюдающий за каждым движением, заклинанием, огненной вспышкой.

Всякой магии стихии находилась ее противоположность: если карга применяла лед, то Рожъэ — пламя, летящие камни ловили смерчи, электрические заряды нейтрализовал эфир (вот бы сюда деятелей, обзывающих себя учеными и утверждающих, будто этой субстанции не существует!).

Когда на пронзительный крик, от которого заложило уши и разболелась голова, антипод ответил полнейшим безмолвием, расплескавшимся вокруг и начавшим давить на уши ничуть не меньше, Грейл Дракаретт выступил вперед, сжав кулак. Какой предмет он там раздавил Лидар не разглядел, но по крайней мере людям стало полегче.

— Хочу напомнить: если что-нибудь способно пойти не туда и не так, как планировалось, то непременно поступит подобным образом, — заметила Ирвина, как ни в чем не бывало, и обратилась к лорду, снова отступившему и занявшему прежнее место по правую ее руку: — А ты? Так и продолжишь молчать?

Дракаретт коснулся груди кончиками пальцев и слегка склонил голову.

— Как угодно, но сдается мне, ты задумал какую-то подлость, — заметила Ирвина.

Дракаретт пожал плечом и криво усмехнулся, по-прежнему не произнеся ни слова.

Ирвина оказалась права: не в отношении лорда, а не туда свернувших событий.