Хроники одиночки

- задумчиво понурил нос Антонюк, но тут же упрямо мотнул головой и радостно выкрикнул, - Зато там и такой красоты нема, как я хочу сделать! - и показал рукой в другую сторону, на восток, где из ничего, из руин и развалин вставал, поднимался к небесам восстанавливаемый, но пока незаселённый город, тянулись мосты через Днепр, сверкал стеклом и металлом Подол, тянулись к небу кресты и маковки церквей и храмов Андреевского спуска и даже "Лаврентьевна" - фигура статуи-победительницы - тянула вверх свои пока ещё пустые, без щита и меча, руки, возносясь над вновь белыми стенами тысячелетней Святой Лавры.

..

Настройка Круга

Возносясь над белыми стенами тысячелетней Святой Лавры или погружаясь в пучины морских глубин, на самой труднодоступной вершине мира или на жёсткой жердочке поперечной балки надувного катамарана, над бурлящими волнами штормящего моря или возле капающей с потолка тёмного бомбоубежища струйки конденсата - всюду сидел Он, Творец, сотворивший Этот Мир, Бог ли, будда или боттхисатва, самая большая Сила, самая великая Мощь, самая громадная Благость и самая бесконечная Любовь Этого Мира - потому что сам Он и есть Этот Мир, - и молча страдал.

Он сам был Этим Миром, каждой его частичкой, каждой точкой, он крутил время Этого Мира взад и вперёд, то ускоряя события, проматывая тысячелетия в минуты, то замедляя, растягивая секунды в года, как крутит прокуренным пальцем заерзанную пластинку диджей на сельской дискотеке - и от разочарования из его глаз молча катились слёзы.

Он ведь так хорошо всё придумал, Он удалился от Всех, чтобы избежать направленного на других Зла - зависти, лжи, ненависти, жестокости, фальши, фанатизма, подлости - Он создавал Идеальный Мир, Мир, у которого только Один Бог - Он Сам, Мир, который только Его, а потому внутри Мира всякий сможет встретить только другую часть Его - своего Бога, а значит, часть самого себя, ибо все они части Его.

.. а на поверку, если даже у невинных детей лучшие из равных вызывают не восхищение и подражание, а зависть; если страдания престарелых вызывают не сочувствие и сострадание, а зверскую жестокость; если счастье совместной работы не представляется иначе, чем тюрьмой и зоной - это Его приводило в ужас, ведь оказавшись даже самыми правильными одиночками, оставшись один на один с Богом, Его люди даже Свободу, Эгоизм и Одиночество соединили в одно, либеральное учение, обратив всё то, что Бог хотел изгнать из их жизни против другого, такого же одиночки, против Него в каждом, против своего Бога. ..