Игрушка для кардинала

— Почти, еще немного, — шептала себе под нос магичка, стараясь не обращать внимания на ноющее мышцы, и волосы, что норовил залезть в открытый рот.

Они бежали и бежали, петляли меж домов, не останавливаясь, забывая дышать.

Из ближайшего переулка вынырнула тень, жирная и уродливая. Из огромного рта высунулся длинный черный язык. Нейрис, недолго думая, ударила по ней знаком, но не помогло. Еще знак. И еще один.

Магичка выругалась и обернулась. Поздно. Тени окружили их кольцом.

— Сделай что-нибудь!

— Что? — Калеб удивленно посмотрел на нее.

— Ну, ты же как-то отгонял их от меня!

— Да я ничего не успел сделать… Ты закрыла глаза и через секунду открыла. И все.

Пререкаться времени не оставалось. Если кардинал врет — ему же дороже, без мага он не выберется, потому что не знает куда идти. Нейрис начертила знак, линии которого засияли красным, и выстрелила им по самой тощей тени, которая тут же отползла. Вторая, напоминающая буйвола, ринулась на них. Кардинал среагировал первым: он перекинулся за долю секунды и лапой ударил тень по морде, та зашипела, но с места не сдвинулась.

Нейрис чертила уже следующий знак, она атаковал по кругу. Яркие вспышки одна за другой проделали брешь, через которую магичка буквально выпрыгнула, резко развернувшись и ударив еще одним сильным знаком, который состоял из пяти линий, по буйволу.

Жирная тень буквально выросла перед лицом Нейрис, та толкнула её и магичка упала на спину, задыхаясь от резкой боли. Тень нависла над ней, перед глазами все начало расплываться.

Тени высасывали из своих жертв жизнь. Каплю за каплей, пили её, как родниковую воду, только с той разницей, что жирели на добротной пище. А от поглощения магии проклятые твари просто дурели.

Напоследок Нейрис могла бы подумать, о чем угодно, но она почему-то думала лишь о том, сумел ли кардинал вырваться.

Что-то холодное ткнулось в щеку. Магичка не сразу поняла, что прикосновение реально и что это нос огромной черной собаки, а не слюнявый поцелуй ангела смерти.

Скулеж. Посторонние звуки.

Она еле открыла глаза, солнце все еще светило, только его загородила собачья морда.

Кардинал дотронулся лапой до Нейрис. А в следующую секунду это уже была его горячая рука, и она почему-то скользнула к шивороту, рывком поднимая на ноги.

— Разрыв. Где разрыв? — Калеб говорил с трудом, а из раны на боку сочилась кровь.

— Там, за поворотом, — Нейрис тоже было тяжело. Она, кажется, не умерла, поэтому снова пришлось бежать, в лучших традициях сегодняшнего дня.