Дом на колёсах

Дети мастера врать как дышать, выдумщики те ещё, а когда говорят чистую правду, тут хоть падай.

Самое удивительное в мире – истинная правда. Верить ей сложно, но, если правда говорящего совпадёт с твоей, тут ты попал. Наверно, и с любовью то же.

Всё-таки осторожность не помеха. Если хоть на четверть верно то, что в дормитории шептали о вездесущих Тахкемоним, лучше поберечься.

Поэтому Сиби не таилась, уходя в гости, а наоборот, постаралась дорогой попасть на глаза всем, кому можно.

– Схожу к этим приезжим, что нам старый трейлер подогнали.

– О! Таки уговорили погадать им частным образом? – подмигнул толстяк, едва смывший грим. – А я смотрел, вы вроде не поладили… Издали мне померещилось, что ты с ними ругалась. Даже думал, не помочь ли.

– О цене спорили. Пришлось втолковывать, что деток за полцены не обслуживаю, а сеанс вне кабинета, в неприёмные часы – пять долларов.

Сегодня работа далась Сиби особенно трудно. Мало того, что ясновиденье требует усилий – принять клиента не легче, чем перетащить стофунтовый мешок, – так заявились нежданные гости из прошлого. С ними – весь букет гнетущих и тревожащих душу чувств. Оторопь, смятение, надежда – и, словно тень за спиной, страх того, что любые надежды напрасны. Что впереди лишь Калифорния, туман в веерных пальмах, крики чаек и устрицы в ресторанчике.

– Зато у тебя большой жизненный опыт, – заметила Лив. – Ты уже стольких видела, столько узнала…

– Это да, – улыбнулась Охона. Она вообще редко улыбалась. Не то настроение. С утра томило предчувствие – что-то случится, что-то произойдёт. Вот оно и случилось. Но не то, чего она втайне и давно ждала – что за ней придут люди Сведущих, чтобы вернуть на место.

Те пришли бы иначе. Никто бы и понять не смог, куда и как она исчезла.

После первого потрясения пришло ощущение тепла, в которым она сейчас находилась.

– Ты у нас праздник. – Ник приземлил на стол сковороду со свежим жаревом. – Я как чуял – надо мяса прикупить… Поешь-ка ещё, а то ты тощенькая. Пума в зверинце – и та толще.

– Спасибо, мистер Уорд.