Дом на колёсах

Оттуда, с высоты, Алгут и Тахкиц низверглись, сцепившись намертво. Каждый из них понимал, что пощады не будет. Людоеду не место в мире, но и победитель его обречён.

Крутая, извилистая, похожая на лестницу с неровными ступенями, тропа не была в чести у альпинистов – слишком заросла по сторонам кривыми, корявыми деревцами, – а для обычных туристов сложна и опасна.

Тим ступал медленно, точно отмеряя каждый шаг, а Таси за спиной прижалась, старалась не шевелиться, чтобы не нарушить его центр тяжести. Всю остальную поклажу оставили перед подъёмом.

Там, наверху, пикника не будет, есть-пить в таком месте нельзя, если только ты не собрался угостить хозяина. Но это ритуал. На него нужно много времени.

Позади слышалось напряжённое дыхание Лив и Сиби. Ни слова, лишь иногда звякали о камень штычки их альпенштоков. Так было велено перед восхождением – «Все молчите. Говорю один я».

Иногда казалось, что на два-три лестничных марша выше прочно, уверенно и тяжело шагает ещё один. Некто, другой. Босой силач с медной катанкой, бородатый и гривастый.

Даровой целитель, пророк, из чьих предсказаний не сбылось ни одного – а может, их век впереди?.. и в самом деле когда-нибудь в горах Датил встанет Новый Иерусалим. А добытчики урана, сами не осознавая, рыли котлован?

«Я слабее его, – признал Тим. – Тот шёл один, с верой и даром, а со мной три молнии. Был ли он из них?.. А, пустое. Главное – цель. Францисканец начал, Фрэнк закончил. Совпадение ордена с именем – случайное ли?.. Из трёх вершин, венчающих долину Сан-Хасинто, одна осталась незакрытой; труд следовало завершить.

Три горы, три девы, всё сходится. И я иду за ним след в след. Осталось увидеть – куда».

Вправо, разворот, влево, разворот, и снова. Тропа вела их зигзагом, уходящим ввысь.

«О, Господи. Зигзаг, путь молнии. Дорога как движение между небесных сфер или миров. И повернуть уже нельзя, надо пройти. Но как?.. восхождение вниз? Или мы путаем стороны света, и у нас – не земная юдоль, а высокая сфера? Кто тогда мы сами?»

Без остановки! На этом этапе передышки неуместны.

Ещё чуть, и откроется горний уровень.

Вот он.

* * *

Природа создала здесь обширную, источенную временем, ветрами и водой площадку наподобие террасы. Сейчас она была заснежена, покрыта птичьими следами и опавшей хвоей. Стеной террасы была скала с расселиной – входом в пещеру, заваленным камнем шириной три ярда, выше человеческого роста. На камне грубо высечен неровный круг с намётками ям-глаз и щели-пасти. Лик Тахкица.

Ни следа приношений.