Der Alchimist

Твой Александрос улетел в крупнейший ветеринарный университет в Азии – в качестве программиста, разумеется. Но через несколько лет, если не опустит руки, вместе с коллегами изобретет программу ранней диагностики раковых заболеваний у животных, которую затем успешно внедрят и в человеческую медицину. Помнить ему о своих будущих успехах не нужно, поэтому память я ему стёр. И что примечательно, mein Steinmädchen, на его решимость это никак не повлияло. Обычно так и происходит с теми, кому из свинца суждено превратиться в золото.

– Но почему он…

– Забыл тебя? – Айзек ухмыльнулся. – А о чем ему помнить, mon chéri? Пока у тебя нет цели в жизни, ты для него невидима.

– А как же кошки?

– Какие кошки?

– Тот, кто добивается успеха, отмечен кошачьим символом…

Старик рассмеялся.

– Ерунда. Человек всегда видит то, что хочет видеть. Но значение имеет лишь то, что у него внутри. То, чем он горит. И горит ли.

Пока он говорил, я всматривалась в секцию пиктограммы, что отвечала за мое будущее. В смутно знакомых иероглифах проступило древнеханаанейское письмо – те символы, о которых говорил нам однажды преподаватель в университете.

“Перед вами не расшифрованный предшественник финикийского письма, родоначальника всех современных языковых систем. Тот, кто раскроет его секрет, внесёт в историю человечества больший вклад, чем любой другой лингвист.”

Я помню, как загорелась тогда этой тайной. И как страстно хотела найти к ней ключ. В глубине души даже дерзновенно чувствовала, что смогла бы – но жизненная рутина захватила меня как волна, накатывающая на берег, тащит в пучину обыденности беспомощный прибрежный камушек.

Символы вдруг обрели понятный мне смысл, сложились в короткое слово. В имя.

"HANNAH"

Голова закружилась. Я схватилась за край стола так, что побелели костяшки пальцев.

– Дешифровка займет много времени и усилий, – склонившись надо мной, шепнул Айзек. – Но ты с ней справишься. Причем так хорошо, что денег хватит на поступление в Йельскую школу искусств, на факультет фотографии.

Я молчала, чувствуя, как внутри разгорается жгучее желание отправиться пешком в пустыню навстречу Сфинксу и разгадать все его загадки, пусть даже ценой собственной жизни.