Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию. Междукнижие

Всю эту пантомиму инспектор наблюдал через зеркало заднего вида. Спасибо водителю, отрегулировавшему его так, что даже передний пассажир мог частично обозревать заднее сиденье.

***

— Одиннадцатая палата, — сообщила постовая медсестра. — Врач скоро подойдёт.

Такой любезной её сделала продемонстрированная Сергеем протокольная морда, помноженная на умелые уговоры и чисто правоохранительные замашки. Печать инспектор посчитал необходимым приберечь для крайнего случая, не запугивая персонал раньше времени.

Тем более, Антон Андреевич отлёживался в обычной, доступной для посещений травматологии, благополучно избежав реанимации с её драконовскими ограничениями.

Коридор, вдоль стен слоняются горемыки различных степеней увечности, запах лекарств, палата. Справа у двери — человеческая отбивная на койке. Лицо распухшее, сине-фиолетовое, с прожелтью. Вместо глаз — щёлочки, вместо губ — вареники со стежками хирургической нитки. Уши и выше, по макушку — в бинтах. Одеяло натянуто до подбородка.

— Антон Андреевич, — ошарашенно протянула женщина, всплеснув руками. — Вы ли это?

В щёлочках промелькнуло узнавание, уголок рта искривился в подобие улыбки.

— Я.

Звук дался избитому с трудом, превратившись из согласного признания в нечто шипящее, смазанное болезненным усилием. С таким не пообщаешься. Он просто не сможет. Разве что написать...

Идея с текстовым общением повисла в воздухе — ладони мужчины прятались под одеялом, потому их состояние оставалось загадкой. Скорее всего, тоже пострадали.

— Как же это вас... — стандартно начала Евгения Вячеславовна. — Да что же это творится...

Ближайшие пять реплик женщины инспектор был готов предсказать с вероятностью в восемьдесят процентов. Обычный набор положенных причитаний, повторяемых в разных интерпретациях особами, склонными принимать всё близко к сердцу.

Абстрагируясь от жалостливых формулировок, он сконцентрировался на лежащем, отмечая, что тот на него не смотрит.

Нет, таращится на посетительницу, словно загипнотизированный, и это очень удивляло.

Потому что на койке лежал колдун. Или ведьмак.

(*) Медвежатник — взломщик сейфов

Глава 10 Лирическая история

Инспекторы, по роду деятельности, лично знали всех более-менее серьёзных колдунов с ведьмаками в области и, частично, за её пределами. А те знали Иванова и Швеца.