Нелюбим

Все они строились, похоже, по одному проекту – трехэтажные, с треугольной двускатной крышей и двумя граненными эркерами по фасаду. Друзья трижды обошли дом кругом, но ничего примечательного не обнаружили. Побитый временем серый кирпич дома со всех сторон выглядел весьма своеобразно, однако нигде не носил на себе отпечатков никакого огня. Тант от этого факта совсем расстроился.

– Жаль, – изрек он. – Ты представить себе не можешь, как хотелось мне, чтобы ты тоже увидел это, прикоснулся к неведомому. Чтобы не мне одному уговаривать себя – было, не было.

.. Это, наверное, подло с моей стороны, втягивать тебя в историю, но, знаешь, мне было бы гораздо легче, если бы ты изредка говорил: да, и я это видел.

– Ничего, – подбодрил его Альвин. – Быть может, нумерация с тех пор изменилась? Мало ли, столько лет утекло! Пойдем, еще походим.

Они прошли дальше вдоль улицы, просто так, наудачу, внимательно вглядываясь в каждый встречный из долгой вереницы домов.

– Вот он! – вдруг закричал Тант. – Смотри!

На таком же сером трехэтажном доме, как и тот, под номером 133, под самой крышей, от угла и до крайнего окна верхнего этажа вился полустертый, но все еще явный след огня.

Его невозможно было спутать ни с чем, тем более, с потеками влаги или сыростью. Недаром ведь говорится: что сгорит – то не сгниет. И наоборот. Субстанции разные, и следы оставляют после себя иные.

– В самом деле, – удостоверил Альвин обнаружение, – вроде что-то горело. Похоже на то, как если бы фейерверк о стену ударил.

Я же тебе говорил, что нумерация сдвинулась. Ну, вот, теперь и я, как естественник, начинаю во что-то такое верить. По крайней мере, в то, что вижу собственными глазами.

Похоже, все-таки, он не слишком был рад увиденному. Тант, отвернувшись, смотрел на противоположную сторону дороги.

– Что ты там увидел? – спросил Альвин. – Туда тоже шарахнуло?

– Нет, но, по записям, с дома напротив во время той заварушки упал балкон.

– Ну, на этом-то доме все балконы целы, да и построен он, судя по всему, не так уж давно.

– Верно, одна из примет не сработала, исчезла. К сожалению.

– Зато самая главная сохранилась, – заключил Альвин. – Ты, смотрю, опять недоволен?

– Не знаю я... – протянул Тант. – Чему радоваться? Ясней и понятней ведь не стало. Хотя... рад, чего там. Появилось еще нечто примечательное и основательное, как островок на болоте. Материальное, опять же, а не, как ты говоришь, фантазии.

Друзья еще раз тщательно осмотрели дом.