Нелюбим

Словом, нет ее. Но есть другая, из той же серии.

– Из той же серии? – переспросил Альвин, принимая газету от друга. – Из какой такой серий?

Он развернул листок и тут же воскликнул:

– Ух, какая девушка! Симпатичная. А точней, красавица! Где же ты, Ника?! Занялся бы ты лучше поисками этой красавицы. Так что за серия, а?

– Серия репортажей, об одном происшествии, – нехотя отозвался Тант. – В «Вечерней звезде» тогда прошел целый ряд публикаций.

– О каком происшествии? – не унимался Альвин. – Послушай, почему из тебя все нужно вытаскивать буквально клещами? Что за секретность такая? Кто экспедицию ищет, ты или я?

– Я.

То есть ты. Ладно, не кипятись. Мне просто не хочется, чтобы ты втягивался в это дело слишком сильно. Видишь ли, тут имеются кое-какие обстоятельства, я тебе их открою, позже, когда сам разберусь.

– Может быть, ты и экспедицией сам займешься? Нет, в самом деле? Что я должен тебя уговаривать? Времени у меня на это дело нет совершенно – раз, ты ничего толком не говоришь – два.

..

– Ох, ну и жук же ты! Я тебе все ясно растолковал: пропала экспедиция, надо найти...

Альвин перегнулся через стол и накрыл своей большой шершавой ладонью нервно пульсирующую руку Танта. И, как всегда, тот сразу успокоился.

– Та-ант, – протянул Альвин. – Мне не нравится твое состояние. С тобой что-то происходит, вот только не пойму, что. А сам ты темнишь. Что случилось?

Тант глубоко вздохнул и пожал руку друга.

– Ладно… Если я скажу тебе, что видел эту девушку, – он кивнул на газету, – что ты подумаешь обо мне?

– Ну-у… Хоть я всего лишь интерн, мне думается, я смог бы помочь тебе.

Облегчить, так сказать…

Тант покачал головой.

– Да-да, очень тебе признателен. Ты светило, хоть и будущее, но несомненное, и на мне, уверен, сделаешь карьеру...

«Господи, что я несу? – вдруг осадил он себя. – К чему весь этот маскарад? Совсем плохой стал».

– Ладно, – решился он, – надо ценить время, а ты, вижу, уже вполне заинтригован. Суть статей в следующем: в нашем городе, на самой центральной его улице, в очень далеком году, в ясный солнечный день при многочисленных свидетелях молодая симпатичная девушка по имени Ника, которую ты имеешь счастье видеть на этом снимке, вдруг превратилась в солнцеподобный шар.

Вспыхнула – и исчезла, позабыв попрощаться с публикой. С той поры ее никто больше не видел. И вот, отблеск, а может быть тень, той истории падает на мое чело, и я воспламеняюсь, как трут от кременной искры.