Нелюбим

– А ты что же, ожидал оказаться в другом месте? Правда? И где, если не секрет?»

Он испытывал странное наслаждение от звука собственного голоса, точно не было другого способа удостовериться, что он дома, не спит, и что с ним все в порядке. «Что это я, в самом деле? – подумал он. – Размечтался, расправил крылышки и – полетел за чудесами. Для полноты ощущения следовало бы еще уверовать в загробный мир и спуститься в его подземелья к чертям на смотрины. Давай так: делай что угодно и как угодно, но пусть чудесами занимаются те, кому по должности положено, или кому это по нраву.

Он легко поднялся на ноги и в возбуждении забегал по комнате. Услужливое воображение показывало ему картины одну пленительней другой, и был он в мыслях своих удачлив и красив, и лицо его пылало огнем от стыда за свой успех, а душа рвалась вперед – оправдаться в преждевременно выданном самому себе авансе.

Он схватился за телефонную трубку.

– Ало, Альвин! – закричал он, едва лишь исчезли трассеры звонков в черном провале подпространства, и в гудящей дали, осязаемый слухом, проявился живой шорох. – Альвин, послушай, срочное и до чертиков интересное дело. Мне крайне необходима твоя помощь. Да слышишь ли ты меня, Альвин! Это я, Тант!

– Ох-хо-хо, – отозвался с той стороны осипший ото сна голос. – Сколько времени?

– Что? Какое время? При чем здесь время?

– Ты, я спрашиваю, не обратил случайно внимания, который теперь час?

Тант взглянул на часы.

– Половина второго. Черт! В самом деле, поздновато... Прости старина... не обратил внимания.

– Вот-вот, всегда так, сначала будят, потом смотрят на часы и извиняются. Что, действительно так спешно? Или все же до утра потерпит? Дело твое, спрашиваю, потерпит? Не пропадет? Не скоропортящееся? А то у вас, репортеров...

– А, нет, до утра, думаю, ничего не изменится.

– Хорошо. Тогда прими душ, выпей валерьянки и ложись спать, завтра поговорим.

– Тоже мне, пожелание, – отмахнулся Тант. – Она и так все время перед глазами. Ладно, извини. Постель твоя, думаю, еще не остыла, так что, поспеши. Береги энергию. Спокойного сна!

– Хе-хе, – усмехнулся Альвин. – Да уж, мой организм о себе заботится. Сам себя согревает. Чего и тебе желаю. Спокойной ночи.