Нелюбим

– Говорить не велено.

– Странно.

– Странно было бы иначе, – загадочно высказался буфетчик и неожиданно подмигнул Магистриану. – А так все нормально.

Стол, за которым располагался Музыка, был прибран и чист, но не пуст, если не полагать голову младшего научного сотрудника за пустое место. Голова упиралась в столешницу лбом и носом одновременно, так что на подставленном обозрению затылке хорошо была видна тонзура наметившейся лысины. При этом усы страдальца так же лежали на столе, вытянутые в одну линию параллельно краю, точно кто-то их расчесал специально таким необычным образом.

Руки Музыки плетями свободно свисали вниз, упираясь в пол костяшками пальцев. Фигура тоски непреодолимой.

– Ну, взяли, – скомандовал Урбинский.

Они с двух сторон подняли Музыку со стула, и едва это произошло, как руки того сами собой заходили, задвигались, точно на шарнирах. Во избежание ненужного травматизма, пришлось их жестко ограничить, каждую в отдельности. Музыка что-то протестующе замычал, даже поднял веки и излился из-под них мутью, но буйство его не было длительным, он быстро вновь смежил очи и уронил голову на грудь, вверяя себя судьбе на поруки.

Фигура покорности.

– В вездеход его, – определил пункт эвакуации Урбинский.

Они вывели, а точней, вынесли, будто пальто на вешалке, Музыку из гостиницы, тот едва царапал пол носками ботинок. Там Магистриану пришлось обыскать его, к счастью, ключи от машины оказались в кармане. Немало намучившись, спящего загрузили в кунг, потом собрали вещи в гостинице и расплатились за постой.

Последнее обстоятельство после неудачной попытки в буфете Урбинского взбодрило и неожиданно обрадовало.

– Вот так-то лучше, – сказал он, выйдя на воздух, – по собственным счетам следует платить самому, сколько бы ни набежало. Ну, садись за руль.

– Я?!

– А кто еще? Не Музыка же! Я тоже не могу – сам отрубаюсь.

– Но я никогда прежде не водил вездеход! И вообще, мы так не договаривались.

– Все подразумевалось. Никакая экспедиция без взаимопомощи и взаимозаменяемости ее членов невозможна в принципе.

Так что, считай это школой жизни и успокойся. Ведь легковушку же ты водил, там, так сказать, на гражданке? Не соврал в анкете? Я помню, читал. Здесь все то же самое: газ, тормоз, сцепление.

– А если гробанусь?

– Не гробанешься. Нам главное убраться из поселка, так что езжай потихоньку. Направление общее помнишь по карте? Вот, его и держись. Вдоль реки, думаю, дорог там не много. Думаю даже, всего одна.