Тени. Охотники на ведьм

«Позвони Глебу, скажи, что произошло. Ты можешь похоронить его карьеру, и он больше не встанет у тебя на пути».

— Твою мать… — Ольга вытащила из его ватных рук бычок и выкинула в окно. — Я не знаю, как ты приведешь себя в порядок, но чтобы завтра с утра был в штабе трезвым. Я скажу, что тебя не было дома и я оставила записку. Понятно?

— Да, — было непонятно, что скрывается за этим «Да».

«Это «Да, отстань!» или «Да, я все сделаю»? Похер… захочет — придет».

Глава 13. Часть 1. Все не то, чем кажется в начале

Ольга развернулась на пятках и, чуть ли не маршируя, вышла из комнаты.

Ева не стал ее провожать и даже не обернулся, когда хлопнула дверь.

Мысли ворочались медленно, будто умирающие осьминоги на дне отравленного океана.

Он добился своего — его позвали в штаб.

Ева посмотрел на экран телефона — пять пропущенных от Глеба — он еле заметно улыбнулся уголками расслабленных губ.

Не просто позвали. Не дозвонившись, Глеб не стал ждать, а послал Ольгу, значит, он нужен.

И даже не так важно зачем, главное, есть повод появиться в штабе. Чем больше времени он там проведет, тем глубже пустит корни.

«Не пустишь ты там корни, — в голову вполз жирный и отвратительный слизняк. — Ты выбрал наркотики. Ты проиграл».

«Нет. Все идет как должно. Ты добился, чего хотел».

«Ты проиграл».

«У тебя все получилось».

Обе мысли вызывали одинаковое однотонное и совершенно непривычное благостное равнодушие.

Ева моргнул, легко настроился и посмотрел в тени — стены покрывал черный налет, будто бы после пожара, углы тонули в неестественном мраке, которого по всем законам распределения света не могло там быть, из щели под потолочным плинтусом сочилась вязкая черная жижа, на полу валялись разорванные и уже подгнившие тушки слизней, Федор сидел у него на щиколотке и шипел на жирную черную каплю, текущую по откосу прямо к ним.

Раньше, увидев такое, Ева бы в ужасе вылетел из дома и часами наворачивал бы круги по району, раздираемый страхом и желанием вернуться и понять, что происходит в незримом для всех остальных мире.

Но сейчас не было ни страха, ни любопытства. Он моргнул, и тени исчезли. Он знал, что они никуда не делись, но Еве сейчас хватало того, что он их не видел и не чувствовал. Было хорошо, очень хорошо, полное спокойствие, все устраивало именно таким, каким было, Ева сам себя устраивал. Хотелось, чтобы это длилось вечно, как смерть.