Отверженный

— Время есть, делать нечего, чего бы и не сходить? — ответил я и вышел из комнаты.

Глава 13

Нужное место я нашёл почти сразу. И сразу стало понятно, почему Левашов назначил встречу именно там. Все деревья в парке стояли ещё без листвы, и он полностью просматривался. Но та его часть, где меня ждали, была надёжно скрыта от посторонних глаз густыми зарослями мохнатых елей. Идти туда было неприятно. Нет, я не боялся, но осторожность была привита мне с детства.

И ещё после Петербурга, где на каждом углу висят камеры, было непривычно.

В столице, как и в большей части России, камеры слежения были запрещены на губернском уровне — Законодательными собраниями. Без ограничений их можно было устанавливать лишь в жилищах. Да ещё в ограниченном количестве в государственных и образовательных учреждениях и банках.

В академии одна камера стояла на входе в главный корпус и одна на входе в общежитие. Больше я их нигде камер не заметил. Возможно, в этом были и свои плюсы, но пока, с момента, как я покинул Санкт-Петербургскую губернию, я видел лишь минусы такого подхода.

Дойдя до еловой аллеи и свернув на неё, я сразу же увидел Левашова. И не одного. С ним была уже знакомая мне брюнетка и трое каких-то парней. Присутствие девушки меня смутило. Если блондин собирался драться, то это было исключительно мужским делом, зачем приводить с собой девчонку?

Впрочем, от этого нарцисса можно было ожидать чего угодно. Может, ему настолько нравилось, как подружка им восхищается, что он таскал её на все драки.

Я ещё плохо знал человеческую психологию. Может, у них это было нормой. Я ведь раньше с людьми особо и не общался. Поэтому нужно было быть готовым ко всему.

«Роман Седов-Белозерский ни от кого прятаться и бегать не будет, — подумал я и тут же мысленно исправился: — Роман Андреев ни от кого прятаться и бегать не будет».

Постаравшись настроить себя на решительные действия, я быстрым и уверенным шагом направился к Левашову и его друзьям. Ещё толком не подойдя к ним, я почувствовал сильную агрессию и неприязнь.

Почувствовал настолько сильно, что аж удивился. Неужели мой Дар проявлялся в том числе и в направлении эмпатии? Было бы неплохо, я слышал, что это довольно редкое и полезное умение.

— Смотрите-ка! Пришёл! — не без удивления сказал Левашов. — Или храбрый, или глупый.

— Скорее всего — и то и другое! — ответил один из его друзей, и вся компания засмеялась, причём парни хохотали во весь голос, а брюнетка лишь натужно улыбнулась.

Выглядело это убого.