Чистильщик

Спрятался за трубой, - ответил часовщик, бдительно следивший за оборотнем.

- Тогда дверь, - решила она.

Женщина осталась в глубине. Часовщик приоткрыл дверь, Тома дохнул на артефакт, активируя его, и кинул на улицу.

Пентакль упал на тротуар, и сначала ничего не происходило.

- Ну?! – требовательно спросила женщина.

Пентакль вспыхнул, и в небо устремился узкий столб красного света.

- Они увидят? – с надеждой задал вопрос часовщик.

- Увидят! – уверенно ответил Тома.

Свет вдруг моргнул и погас. Тома изумленно смотрел на бесполезный кружок кожи, валяющийся на тротуаре.

- Может перепутал чего? – язвительно поинтересовалась сестра часовщика.

- Ты же своими глазами видела свет, - ответил Тома.

- Что тогда происходит? – спросил часовщик.

- Я не понимаю, - признался Тома.

- Изготовь еще один пентакль, - потребовала женщина.

Тома покачал головой.

- Мир как будто съел мою магию, а это значит, что неизвестно, сколько ее у меня осталось и осталось ли вообще. Я не стану рисковать и расходовать ее впустую.

Подождем.

- Подождем, - согласился часовщик со вздохом. – А ты, Белла, помолчи. Ты тоже отказалась тратить свою магию на клетку для оборотня.

Она оскорбленно фыркнула, но замолчала.

«Вот почему они ничего не предпринимали, - подумал Тома. – Они знали, что магия иссякла. Скорее всего, сначала у часовщика, а его сестра – белый маг, у нее сил побольше. Поэтому мы с Керкирой тоже сначала ничего не заметили – у нас больше силы».

Ожидание оправдалось. И четверти часа не прошло, как появились черные маги.

На сигнал бедствия они прибыли вшестером. Остановились в недоумении, оглядывая пустынную улицу. Часовщик не стал раздумывать. Он бесстрашно открыл дверь в магазин и прокричал черным магам:

- Оборотень на крыше! – и ткнул пальцем.

Оборотень тоже не стал тянуть с эффектным появлением, в тот же миг рухнув в гущу черных магов.

Часовщик стремительно захлопнул дверь. Сестра его вскрикнула и зажала себе рот. Тома сжал кулаки – палочки нет!

Но черные маги быстро оценили ситуацию, и кнуты буквально спеленали оборотня.

Зверь яростно рычал, но не пытался вырываться, видимо, остатками разума понимая, что его запросто разорвут на части. Затем заклинание, разрушающее чары, и перед ними на тротуаре корчится в собственной блевотине и клочьях шерсти голый человек. Вся улица из окон второго этажа с облегчением наблюдала, как его скрутили и не слишком церемонясь закинули в ящик, притороченный к заду экипажа.