Мартынов. Неделя Стюарда.

– Ага, – деловито ответила она, возвращаясь за руль и вытирая губы тыльной стороной ладони. – Так, до Потёмкинского и через Ушаковскую арку в Константинополь?

– Да, – ответил я, – всё, поезжай.

Когда пикап Тараса с моей машиной на прицепе начал движение я обратился к Экину:

– Лодочная эта в каком направлении именно?

– Там, – курьер показал рукой.

– Отлично, – ответил я, и, обняв его за подмышки, взвился в воздух.

За время пока мы возились здесь, у меня, как всегда совершенно для меня неожиданно, немного восстановился Яр.

Вскоре мы увидели вдали огни лодочно-гаражной станции, где мы изначально собирались накрыть Шавика и его людей.

– Ваше благородие, – прошептал Экин, – спустите пониже, не узнаю ничего.

Я снизил высоту и скорость полёта.

– Вот та лодка, там свет горит, – курьез показал пальцем. – А вот гараж, где они должны были быть.

Лодкой, на которую указал Экин, оказалась неплохая на вид крейсерская яхта. Конечно, у моего отца и, тем более, у деда, яхты намного роскошнее, но это было и так понятно. В окне каюты действительно горел свет.

Мы мягко приземлились на яхту.

– Я пойду первым, – шепнул я.

Экин кивнул.

Я создал из Яра некоторое подобие воздушного гребня, который должен был бы отвести в сторону пули, если советник Шавика начнёт стрелять. Очень тихо и медленно мы подкрались ко двери в каюту.

На мягком диване, идущем вокруг стола с трёх сторон, сидел какой-то человек с усталым лицом и серыми волосами. Он поднял на меня удивлённые глаза. Я без разговоров, используя Яр, прижал его руки к его же груди и сжал ему горло. Он не издал ни звука, не в силах даже захрипеть.

– Экин, это точно он? – спросил я курьера.

– Да, ваше благородие, – ответил тот и, подскочив к задыхающемуся мужчине замахнулся ножом, целясь в сердце. Подобная кровожадность Экина мне показалась несколько излишней.

К нашему удивлению, его нож отскочил от груди этого человека, как от камня. Экин с удивлением оглянулся на меня.

– Я не блокировал, Экин, – сказал я.

Курьер посмотрел куда-то мне за плечо.

– Добрый вечер, Ваше Сиятельство, – раздался голос у меня за спиной. – Это я заблокировал удар Экина. Прошу, перестаньте душить этого человека, он ещё послужит нашей родине.

Я, не переставая душить стремительно синеющего мужчину, оглянулся.