Мартынов. Неделя Стюарда.

Было видно, что он не понял то, что я сказал. Что ж, бандиты редко бывают умными. Видимо, по его логике, раз убил авторитета района, значит, нужно за него мстить, даже если смерть этого авторитета всем на руку. Или может быть, тот, кто отомстит за погибшего Фануччи, поднимет свой собственный криминальный статус?

– Скажи, Экин, – спросил я, чтобы не терять время, – кто хочет меня убить? Чья именно это идея?

– Шавика идея, – моментально ответил он, – парня зовут Шавик, это тот, у кого Яр есть.

– И каково политическое положение этого Шавика на данный момент? – спросил я.

Экин вытаращился на меня, всем своим видом показывая, что с удовольствием ответит на мой вопрос, если я только задам его в более понятной для Экина формулировке.

А пока Матвей подбирает более простые слова, чтобы задать Экину вопрос, убедись, что поставил лайк на эту книгу на моей странице: https://author.today/work/130729

Что? Ты говоришь, что скачал мою книгу в другом месте? Так ведь я и добавляю эти вставки, чтобы защититься от пиратов, им скажи спасибо.

Книжное пиратство – это очень плохо, потому что лишает меня, как автора, мотивации писать дальше и твоей, читателя, поддержки. А она мне очень нужна. Перейди скорее на мою страницу и подпишись на меня, чтобы оставить своё мнение об этой книге и прочитать новые!

– Много кто признаёт авторитет Шавика? – задал я вопрос по-другому. – Каковы его шансы захватить власть на этой… как ты говоришь… Пиратке?

– Шансы есть, если он вас убьёт, – ответил Экин.

– Четыре из пяти человек, которые были в той квартире, сейчас ещё под стражей. А тот, кого вы из окна выбросили, сейчас в больнице и потом тоже под суд пойдёт.

– О, он выжил? – я даже обрадовался. Зачем зря брать на душу грех убийства. Может быть, этот человек теперь посмотрит на жизнь иначе, лежа на больничной койке. – Надо записать его данные, может быть помогу ему с работой, когда он снова выйдет на свободу.

– Он, Матвей Михайлович, уже не выйдет, – вздохнул Экин, – на него трёх баранов

грузят, так что, в лучшем случае, каторга.

А то и вообще смертная казнь.

– Каких баранов? Почему за них грозит каторга? – не понял я.

Экин бросил на меня взгляд, выражающий удивления тому, что я не понимаю очевидных вещей.

– Каторга, потому что бараны холодные… – начал он.

– Повар он, что ли?..

– А холодные они, потому что мёртвые. Баран это мертвец. Ну или сильно пострадавший, – закончил Экин.