Огонь повсюду

– Мне повезло, что я проснулся сразу – многое запомнилось…

– Да-да! – Обходя меня кругом, словно удачно купленную мебель, Жасмин потёр ладони. – Проснулись в холодном поту, а?.. признайтесь откровенно – какие могут быть секреты между смакователями снов? Ну? чем вас встретили за рекой?.. вы, вероятно, не ужинали – пожалуйста, не откажитесь разделить ужин. Кико!

Вошел паренёк младше меня, почти мальчик – его появление в этом бесшумном доме было так неожиданно, что я невольно вздрогнул. Вы бы тоже вздрогнули, если бы стоявшее десяток лет на одном месте кресло вдруг деловито затопало из столовой в спальню на кривых деревянных ножках.

– Кико, голубчик, ужин на двоих. Вы любите кофе? кофе на ночь – это, скажу я вам, нечто удивительное! Сердце бьётся, трудно засыпать, а что потом снится!.

– Обожаю кофе, – кивнул я. – Вообще я многое пробовал, чтобы сны были сильнее.

– А вот это зря! зря, юноша! Искусственные стимуляторы – для дилетантов. Профессионалы – если вы хотите стать профессионалом, – признают лишь натуральные средства.

– Кофе, господин? – поющим голосом уточнил Кико.

– Да, покрепче. Мы будем полуночничать. – Жасмин улыбнулся. – Пора бы нам познакомиться…

– Угольщик, – наклонил я голову. Нет ничего лучше, чем сказать правду – люди часто ждут подвоха, а такие как Жасмин ждут его всегда.

– О, великолепно! Угольщик! карбонарий! – прищёлкнул пальцами Жасмин. – Так представляются люди, знающие себе цену!.. Любите баловство с огнём – я угадал?

– Да. – Это признание в моих устах звучало странно, если не сказать – отвратительно, но произнес я его без усилий – почему-то вопрос Жасмина не показался мне глумливым, а собственный ответ – вымученным.

– Я могу называть вас – Уголёк? не по какой-то прихоти, просто по праву старика… Да? очень рад и благодарен… А моё прозвание – Жасмин. Пожалуйте в столовую.

В интерьере Жасмин предпочитал ретро – старинные люстры, старинные портьеры, обои с повторяющимся рисунком пышных цветочных ваз, резная мебель из тёмного дерева, расписные тарелки на особых полочках; всё это стоило больших денег и имело какой-то музейный вид.