Холод и жар

«Им бы усыновить Кристофора…» – улыбнулась она, – «вот кто помешан на порядке и всяких правилах!»

«Посмотрим ещё, кто кого усыновит», – заключил Эрнст, – «спорим, что Кристофор за пояс заткнёт их».

Сестра смягчилась, но червь сомнений всё равно ел её изнутри. Она чувствовала, что слова Брата её не утешали, потому что была права. Но Изабелла знала, кто ей может помочь в доме двадцать восемь.

Она блуждала по коридорам штаб-квартиры Невидимых, сама не своя. Ей была нужна дверь конференц-зала, который служил и кабинетом Арабеллы Левски.

Изабелла постучалась и вошла. Помещение пустовало, и суета покинула его. Стулья были аккуратно придвинуты к длинному столу. Проектор, который прежде показывал видео с Гранд-Маршалом, не работал и не издавал звуков.

Арабелла Левски стояла у окна и разглядывала иллюзорное голубое небо. Она надела то самое чёрное платье, в котором была в крепости. Изабелле оно больше нравилось, чем одежда «тёти Инес».

– Здравствуй, Арабелла, – сказала Сестра.

Левски обернулась и ответила:

– Привет, Изабелла.

Тебя что-то тревожит?

Сестра собралась с мыслями и призналась:

– Да.

– Надеюсь, я могу положиться на твоё доверие? – осторожно спросила Левски.

– Конечно, Арабелла, – ответила Изабелла, – Позавчера мама устроила мне серьёзный разговор. Оказывается, мне пора подумать о замужестве.

Она пересказала Арабелле содержание разговора с мамой. Левски понимающе смотрела на неё, горько улыбаясь.

– Я вижу, что вы с Эрнстом никак не найдёте общий язык с родителями, – сказала глава общества Невидимых, – это вполне естественно – непонимание между поколениями часто встречается.

Их можно понять – на их молодость выпал большой политический кризис. Тогда мы временно освободили Последнюю Надежду от влияния демонов, пока к власти не пришёл д’Обстер. Прежняя система развалилась, а новая ещё не успела сложиться.

– Спасибо, но я знаю историю, – сухо ответила Изабелла, – мама с папой были уверены, что после учёбы в Академии их определят работать в научном институте.

Но всё сложилось иначе, и им пришлось самим искать доход и пробиваться в жизни.

– Поэтому неудивительно, что они так ценят порядок и долг, – низкий голос Арабеллы звучал вкрадчиво, – в рушащемся и меняющемся мире хочется сохранить островки стабильности и уверенность в завтрашнем дне.

Они пошли вдоль стола для заседаний и белых стен с серыми колоннами. Арабелла вышагивала чинно и важно, а Изабелла взволнованно плелась за ней.