Фаворит смерти. Том 1

Ловко лавируя среди гостей, ходили официанты, разливая всем шампанское из винных погребов известных виноделов.

Играла классическая музыка.

Я вышел к гостям и все тут же направили на меня свои взгляды. И будто бы даже музыка стала играть чуть тише.

Стало неуютно.

— Максим, подойди сюда! — улыбаясь, елейным тоном произнес Вяземский старший.

Он был в центре комнаты, словно Солнце. А вокруг него планетами кружили гости, переходя от одно стола к другому, и пробуя тысячи различных изысканных закусок и блюд.

Я спустился, подошел к отцу.

— Надень тотем, — шепнул Вяземский, протягивая мне родовой значок.

Я нацепил знак.

— Посмотри, кто сегодня к нам пришел, — улыбаясь белоснежной улыбкой, произнес отец.

И указал на аристократов, которые были один краше другого. Все в дорогих строгих одеждах, во фраках, высоких цилиндрах, с тростями, в слепящем взор буйстве украшений — часов, цепочек, подвесок, серьгах и браслетов, — что мне стало еще не уютнее.

— После того жуткого покушения, у сына легкая амнезия, — извиняющимся тоном произнес Вяземский.

Гости снисходительно кивнули.

— Это старший думный дворянин Орловский.

— Добрый вечер, — промямлил я, глядя на худого похожего на мумию старика.

— А это его жена, госпожа Миранна Семеновна.

Такая же худая пожилая женщина потрепала меня по щеке ледяными пальцами.

— Замечательный мальчик! Как быстро все же растут дети.

— И не говорите! — кивнул Вяземский. — Растут как на дрожжах.

— Вроде бы вот только совсем кроха был, тараканов собирал в свою коллекцию жуков!

— Это Егорка, — поправил Марианну Семеновну Вяземский.

— Разве? — удивилась та. — Определенно, это был Максим. Я ведь помню.

— А это Щедрин! — обрадовался отец, завидев в дали такого же большого и крепкого как и он сам человека. И извинившись перед орловскими, отошел чуть в сторону. — Щедрин, подойди же сюда!

Тот, кого звали Щедрин, нехотя оторвался от запеченного поросячьего окорка и глянул на нас.

— Вяземский! Вот ты где!

Утерев промасленные руки о фартук официанта, Щедрин поспешил к нам.

— А что, и Назаров здесь? — спросил он вместо всякого приветствия.

— Здесь, — кивнул отец. — Пригласил и его. У меня дело с ним вскоре намечается, касательно железной дороги, хотел как раз переговорить.

— Зря пригласил, — произнес Щедрин. — Сам же знаешь, он с Бартыновым в друзьях ходит.

— И что с того? — нахмурился Вяземский. — Мне же Бартынов ничего плохого не сделал. Да и Назаров вполне себе нормальный человек.