Последний круг Ада

Он надеялся, что Кроули не будет сидеть там, где он видел его последний раз, перед тем, как уйти прочь. Что выйдет в гостиную, возможно, даже разобьёт что-нибудь… Лишь бы только не сидел в спальне, больше похожей на тюрьму…

…и не смотрел на него таким же больным, полным отчаяния и тоски взглядом, как при последнем разговоре.

Только вот надежды не оправдались. Кроули по-прежнему сидит там, где он оставил его, одного со своей памятью, болью и страхом. И за это ему ещё предстоит просить прощения…

Поставив сумку недалеко от порога, Азирафаэль подавил полный сочувствия вздох и неуверенно постучал в дверь спальни.

- Кроули, - тихо окликнул он, чувствуя острую неловкость за то, что бросил друга одного, лелея себя и свою потерю. Почему же он не подумал, что Кроули в тот момент было не намного легче, чем ему самому?.. Почему он не увидел этого – тогда, до того, как убежал, не в силах смотреть в глаза убийце Рафаэля?..

В спальне было тихо. Азирафаэль, помедлив, толкнул дверь спальни и шагнул через порог.

- Кроули, - виновато проговорил он, оглядываясь. – Прости меня, я не должен был уходить, мне очень…

Он осёкся.

Кроули был здесь, да. Только вот ответить вряд ли мог, по одной простой причине: он спал. И спал, судя по всему, очень крепко, поскольку ни звук шагов, ни оклик Азирафаэля не заставили его даже шелохнуться.

Если только, конечно, он не притворялся. Но зачем бы это ему?

Ах да… И он был змеем.

Азирафаэль потерянно замер, не зная, что ему теперь делать. Через полчаса, если только ничего не случится, им нужно будет уходить из церкви.

Постояв в полной растерянности полминуты, Азирафаэль шагнул вперёд и, поколебавшись, неуверенно протянул руку к Кроули.

А потом, ахнув, в ужасе отшатнулся.

Вся нижняя часть змеиного тела Кроули была покрыта глубокими, оплавленными ожогами. Словно он лежал на разогретой докрасна сковородке.

- Кроули! -потрясённо прошептал Азирафаэль, невольно отступая ещё на шаг назад. Картина вдруг сложилась: простая и до озноба отчётливая. Чудовищная в своей безжалостной ясности картина: он выслушал сбивчивую исповедь Кроули и ушёл. Ушёл, не сказав ни слова, не ответив на отчаянное «ангел, прости!» в спину. Ушёл – и пропал на несколько часов. Удивительно ли, что Кроули, не выдержав неизвестности, бросился его искать?..