Последний круг Ада

Брови Уильяма изумлённо взлетели вверх.

- Хастура? Того демона, который покалечил крыло Кроули?

Азирафаэль удручённо кивнул.

Пастор озадаченно покачал головой.

- Не думал, что мальчик способен на такое… - себе под нос пробормотал он. А потом, прищурившись, спросил прямо, - Что тебя заставило принять такое решение?

- Не знаю, - почти беззвучно откликнулся ангел. – Я… я просто не мог поступить иначе.

Ответом ему был озадаченный взгляд отца Уильяма. Потом в глазах его отразилось удивление пополам с беспокойством: версия, пришедшая ему в голову, его не порадовала.

- Азирафаэль, извини, если этот вопрос прозвучит цинично… Хастур был твоим другом?

Азирафаэль отшатнулся с такой экспрессией, что чуть не запнулся за так и валяющуюся на полу штору.

- Что?! – в шоке выдохнул он, потрясённо глядя на пастора. – Почему вы так решили, дорогой мой?!

До Уильяма уже дошло, что он ошибся в своих выводах. Примирительно улыбнувшись, он развёл руками.

- Прости, Азирафаэль. Во всём виновато моё увлечение художественной литературой… - он невольно усмехнулся, - и самым абсурдным романом в тысяче томах под названием «человеческая жизнь». Распространённый сюжет, увы – ревность и желание причинить другому боль всего лишь за то, что кто-то посмел претендовать на того, кого мы любим. И друзья, как я заметил, впадают в этот соблазн ничуть не реже, чем влюблённые. Я подумал, что Кроули мог быть не единственным из демонов, с кем ты сумел подружиться.

Азирафаэль смотрел на него с таким изумлением, что без слов было понятно, насколько далеки предположения Уильяма от истинного положения дел.

- Нет, ну разумеется, он мне не друг! – возмущённо воскликнул Азирафаэль. – Он же демон!

Поймал насмешливый взгляд Уильяма и, смешавшись, умолк. Называть принадлежность к порождениям Ада в качестве препятствия к дружбе в его случае действительно было несколько неуместно.

Немного умерив голос, пояснил виновато:

- Мне просто ужасно жалко его. И потом, я ведь обязан ему жизнью, я не мог просто отвернуться от него и не попытаться хоть как-то отплатить ему за добро.

Уильям внимательно смотрел на него, не отводя глаз, и глазах этих отчётливо отражалось удивление.

- Обязан жизнью? – с недоумением переспросил он, и Азирафаэль удручённо кивнул.

- Он не убил меня, вопреки приказу Вельзевул.