Затишье перед бурей

Единственное, что сейчас было по-настоящему важно.

- Кроули, - тихо, спокойно произнёс он, неторопливо поднимаясь из кресла и ловя пылающий взгляд демона. - Я не обещаю, что смогу спасти вас. Не обещаю даже, что смогу помочь хоть чем-либо. Есть дороги, которые можно пройти лишь в одиночестве. Но если в моих силах сделать твой или Азирафаэля путь хоть немного легче – я даю слово, что не остановлюсь, чем бы мне не грозила помощь вам.

Кроули зябко передёрнул плечами. И громко, словно раздражённая змея, зашипел сквозь зубы.

Злости в этом шипении почти не было. А вот растерянности – с лихвой. Уильям позволил себе беззвучный облегчённый вздох. Судя по всему, первый раунд остался за ним.

…Но основная борьба, подозревал старый священник, ещё впереди.

И верно. Несколько секунд – и Кроули развернулся. Руки в карманах, на губах – саркастическая улыбка; лишь глаза с расширенными щелями зрачков выдавали его смятение. Недолго, впрочем. Уловив направление пасторского взгляда, он раздраженно скривился, сунув руку в нагрудный карман – и, с вызовом взглянув на пастора, щеголеватым жестом нацепил на нос солнцезащитные очки.

Уильям невольно вскинул бровь, удивлённый больше, чем собирался показывать. Общение с супругом Джессики, отдавшим десять лет службе в полиции, научило его худо-бедно определять, есть ли у человека в карманах что-то, на что стоит обратить внимание. И он готов был поклясться, что минуту назад никаких посторонних предметов в пиджаке, сидящем, к слову, в обтяжку, без малейших припусков, у Кроули не было.

Кроули словно угадал его мысли. Кривовато ухмыльнувшись, он вновь развязным жестом сунул руки в карманы и, прислонившись поясницей к подоконнику, хмуро бросил:

- Слова красивые, но как бы вам не пожалеть о своих обещаниях… - и, с горьким сарказмом, почти выплюнул, - отче.

Уильям пожал плечами, не обращая внимания ни тон демона, ни на нарочитую грубость. Отметил философски:

- Так нередко бывает. За всё нужно платить… и не всегда цена кажется нам приемлемой.

Кроули невольно вздрогнул, и пастор, заметив движение, мысленно сделал себе пометку.

Кроули же уже взял себя в руки, и теперь зло кривил губы, сверля пастора взглядом сквозь очки.

- Не всссегда? – прошипел он сквозь зубы. – Вы массстер преуменьшшшения, сссвятой отец!

- Весь вопрос в том, что тебе предлагается оплатить, Кроули. Любая цена всегда соизмерима лишь с конкретным товаром.

- Ай, оссставьте эту сссофиссстику!

Пастор укоризненно покачал головой.