Узы

Рагнору Неро просто выгодно продемонстрировать своих пленниц  - показать, что они живы и здоровы, чтобы не возбуждать возможных подозрений. Маг открыто подтвердил ее догадку.

- Надеюсь, - с такой же улыбкой продолжал он, - что своим цветущим видом вы успокоите родителей. Которые, безусловно, тревожатся за вас. Рассказами о моем гостеприимном доме вы должны развеять все их тревоги. Поскольку на время свидания вы освобождаетесь от работы в библиотеке, считайте это… маленьким домашним заданием. 

… В назначенный для встречи день за Кармен и Лили пришел один из темно-синих.

Он отвел пленниц в холл, где их ждал еще один слуга. Затем темно-синие открыли входную дверь и велели девушкам следовать за ними. Впервые, спустя много дней (или недель?!), пленницы оказались на свежем воздухе. 

Холодное, мглистое позднее утро...Солнца не было и в помине – небо заволокло непроглядно-серыми, низкими тучами. Изо рта валил пар. Судя по всему, золотая осень уже миновала. Кроны деревьев, растущих за оградой, растеряли листья, и их голые ветви чуть подрагивали на ветру.

И без того угрюмый двор дома Рагнора Неро в это утро выглядел совсем мрачно.  И все же после долгого заточения в четырех стенах, вдыхая полной грудью стылый осенний воздух, Кармен чувствовала себя почти счастливой.

Темно-синие, взяв пленниц под руки, отвели их к воротам. Ворота были очень широкими – очевидно, их открывали только для лимузина. Зато рядом обнаружилась небольшая резная калитка. Один из темно-синих открыл ее и велел девушкам идти вперед.

Сами темно-синие двинулись следом. Но Кармен тут же забыла о них: там, за калиткой, она увидела свою семью.

…Они стояли, сбившись в кучку, словно стая замерзших птиц – родные Кармен и родные Лили. Как только девушки вышли из калитки, стая разделилась, и уже через несколько секунд Лили исчезла в объятиях родителей, а на шее Кармен с визгом повисли братья-близнецы. Смех, восклицания, радостный лепет… Казалось, в угрюмом полотне осенних туч нашлась прореха, и в нее хлынул поток солнечных лучей.

И только темно-синие оставались безмолвными и бесстрастными.

Расцеловав Тома и Дика, Кармен подняла глаза на мать. И встретила ее встревоженный, изучающий взгляд. 

Она слегка осунулась. Немного изменила прическу… А вот плащ остался прежним – старый мамин плащ… Кармен почувствовала ком в горле и через силу улыбнулась. Мать, немного помедлив, ответила на улыбку, но в глазах ее по-прежнему была тревога.

- Ну, как ты здесь, Кармен?

- Нормально, мам.