Настя. Из романа «Из жизни фотомодели Зингер»

Настя. Из романа «Из жизни фотомодели Зингер»

Ольга Ильинская

Наша жизнь состоит из встреч, и каждая из них неслучайна.Легко быть честным, когда всё имеешь. А попробуй остаться человеком, когда тебя ставят на грань выживания.

Настя

Из романа «Из жизни фотомодели Зингер»

Ольга Ильинская

© Ольга Ильинская, 2022

ISBN 978-5-0056-1836-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Настя Пастухова попала в модельный бизнес благодаря Димону.

Он тогда учился на втором курсе института, был слишком самонадеян и беспечен, но вместе с тем до безобразия молод и хорош собой, что ему не нравилось, в принципе.

Но Настя Пастухова, едва увидев Димона, подумала восхищённо: «Какой красавчик!»

Насте было шестнадцать, и сердце неистово просило романтики. Поэтому, чтобы познакомиться с Димоном, она вытащила с кармана его бумажник, где нашла несколько долларов, сотню рублей и водительское удостоверение, где чёрным по белому было написано: «Дмитрий Александрович Сальников».

Она тотчас же разыскала его и, опустив глазки, кокетливо вернула бумажник. Но Димон не слыл дураком, знал, куда всегда убирал документы, поэтому прекрасно понимал, что их мог вытащить только профессиональный вор-щипач. (Из внутреннего-то кармана?) Поэтому когда Настя протянула ему свою – как она выразилась – «находку», он ловко схватил её за запястье и притянул к себе.

– Сама всё расскажешь или мне сразу сдать тебя? – «пришпилил» он её вопросом, как гвоздём приколотил.

– Отпусти, отпусти! – заныла Настя и стала, изгибаясь, вырываться. – Я нашла, я правда нашла. Чего ты?

Но у Димона попробуй ещё вырвись! Он цепко держит, хватку приобрёл бульдожью.

– Говори! – гаркнул он.

– Мент, что ли? – изумлённо прошептала Настя.

– Я твой папа! – бросил Димон.

– Да-а-а-а? – протянула Настя. – А мне всегда говорили, что папа мой в тюрьме вшей кормит. Обманывали, значит?

Он с силой оттолкнул её, что она, отлетев, ударилась о стену.

– Сильный, да? – вдруг заплакала она. – Справился, да? Козлина…

Димон резко остыл и даже застыдился своей непристойной грубости.

– Украла. А зачем вернула? – спросил он.

– Дура, вот и вернула, – вытирая слёзы, ответила Настя.