Рубежи

Кошмар приснился?

Не понимая, явь это или очередной сон, Мила подскочила в кровати и начала осматриваться. По тому, как ее била мелкая дрожь, а сорочка прилипла к телу, она поняла, что наконец проснулась. Руки еще подрагивали, но контроль над собой она вернула.

Недоверчиво бросила взгляд на стоявшую рядом с Мигелем синекожую девушку. Та махнула ладонью в приветственном жесте, но не произнесла ни слова.

Мила поправила волосы и перекрутившуюся вокруг тела сорочку.

– Дать тебе время привести себя в порядок? – спросил Мигель, но Милу это предложение испугало – ей совсем не хотелось оставаться одной.

– Нет! Останься, – поспешно произнесла Мила, набрасывая на плечи плед. – Я буду рада, если вы посидите со мной.

– Без проблем! – Мигель улыбнулся и, указывая на девушку, представил ее: – Это Шанкьяхти-хи. Она пришла, чтобы помочь с контролем… – он запнулся, подбирая слова, – этой штуки, которая одолевает тебя в последнее время.

– Моего личного демона? – усмехнулась Мила. – Да-а, как вы видите, помощь мне не помешает.

Шанкьяхти подошла ближе, и Мила пригласила ее сесть на край кровати. Векша, сохраняя благожелательный тон, произнесла:

– Я сейчас наложу руны, они помогут сдерживать богиню Воды, и кошмары, которыми она тебя мучит, должны отступить. Во сне ты почти беззащитна, и она пользуется этим. Нападает как может, чтобы сломить твой дух и затем подчинить себе твое тело и освободиться.

Шанкьяхти протянула руку к Миле и жестом предложила ей лечь. Мила послушалась и откинулась на подушку. Мигель отошел к окну, чтобы не мешать.

– Расслабься и доверься мне, – голос Шанкьяхти звучал как колыбельная, и Миле было несложно поддаться ему. Ей очень хотелось поддаться ему, чтобы разделить с кем-то бремя, которое, казалось, одной вытянуть не по силам.

Прежде чем Мила прикрыла глаза, успела заметить, как от ладони векши расползаются синие струйки рун, похожие на полупрозрачные парящие в воздухе ленты.

«Наконец-то я смогу ее одолеть» – подумала она, растворяясь в потоке рун, пропитывающих каждую клеточку тела. И пока Шанкьяхти «творила свою магию», Мила потеряла счет времени и почти задремала, почувствовав себя в безопасности и расслабившись.