Из тумана

На некоторое время под сводами трактира воцарилась тишина, только слышно было потрескивание факелов, да довольное бульканье Кярома. Жирная муха лениво кружилась под люстрой в центре помещения, то взлетая, то опускаясь вниз и уворачиваясь от энергичных хлопков посетителей.

- Однако барон наш, сеньор Цежл, быстро понял, как Михмила использовать, - нарушил молчание Наретев, по привычке касаясь пальцами уродливого шрама на щеке. – Чудные пружины в арбалетах, ускорившие заряжание, хитрое крепление для доспехов – капля в море.

Смотрите как замок-то перестроили и фортификация какая чудная его охраняет. Враг теперь прежде чем до ворот добраться большую часть людей под стенами положит…

- А чего только стоят морские караваны через Чёртову мельницу? Раньше-то мы туда даже весной и летом не совались, боялись, что корабли в труху перемелет, а теперь почти четыре месяца экономим на дороге и рынок Сиреллы наши товары заняли прочно, - согласно кивнул Кяром, вытирая губы засаленным рукавом. – Тишь да гладь на море, Михмилу не нужна, он будто сквозь толщу воды видит и погоду предсказывает не хуже жрецов.

- И всё же бедняжку Ану жаль, снова вздохнул Кищьлигом. – Если бы не тот пожар, где детишки пострадали, она бы дыма не наглоталась. Не наглоталась, в госпиталь папаши Наталраша бы не попала. Не попала, не подхватила бы там чуму.

- Да, тогда Михмилу не пришлось бы в кабалу попадать, надеясь на излечение своей сестры, - вступил в беседу Кярбод, шмыгнув мясистым носом. – А ведь как барон с братцем складно пели ему.

«Ты главное служи нам верно, а уж Ану мы вылечим, в два счёта, не пройдёт и пары месяцев как она будет на ногах».

- Тс-с-с! – раздалось со всех сторон. Все с тревогой, но без ненависти глядели на Кярбода.

- Я ничего не слышал уважаемые! – успокоил всех Ноипш. – Мне самому эта семейка плешь проела.

Кашлянув, человек в серой шёлковой мантии, занимавший единственный отдельный столик накрытый подобием скатерти, нарушил тишину:

- Барон обещал Михмилу вылечить сестру.

Даже пригласил господина Киннешома – большого специалиста в излечении Чёрной смерти.

- И обманул! - взвился со стула Цензук. – Обманул!

- Тише ты! Тише! – усадил на место парня Киньлем, бросая озабоченный взгляд на Ноипша. – Вдруг кто услышит?

Но сосед его не успокоился, выскочив на середину таверны, он указал пальцем на господина в шёлковой мантии – пожилого мужчину с болезненно бледным лицом и худыми руками, торчавшими из широких рукавов.