Последнее прощай

А она просто так болтала с ним, рассказывая ему о себе все и вся.

Он издал звук, который мог быть похож на смех, если бы в нем не было столько тоски.

– Иногда я разговариваю с собакой. Приходится, иначе мои голосовые связки могут атрофироваться.

Атрофироваться. Хорошее слово, верно? Умное. У этого мужчины было образование, а значит, он, наверное, не был томящимся за решеткой психопатичным маньяком-убийцей с топором. И у него имелась собака. А это что-то да говорило о нем как о человеке, разве нет?

– Почему вы ни с кем не разговариваете?

– Мой выбор.

Анна нахмурилась. А может, он врет?

– И при этом у вас хорошо работает мобильная связь?

– Связь слабая, но у меня есть бустер, который усиливает сигнал. Когда у нас под Рождество случился шторм, и городской телефон отключился четвертый раз за месяц, я решил, что мне нужен еще один, на всякий случай.

– А с новым телефоном и новый номер, – вздохнула Анна. – Могу поспорить, вы и не предполагали, что с вами такое произойдет, когда его выбирали.

– Нет.

И снова в его голосе ни намека на раздражение или утомление. Поначалу она уже собиралась заключить, что он немного не в себе, забывая при этом про свои звонки, которые были как гром среди ясного неба. Но, когда она начала его узнавать, ей стало интересно, вдруг ему одиноко. Это бы многое объяснило.

Теперь ей известно о нем чуть больше. Вычеркнув «опасный» и «псих» из своего мысленного списка, она внесла в него пункты: «терпеливый», «спокойный» и… «добрый».

Она вдруг поняла, что не выяснила одну очень важную деталь.

– Как ваше имя?

– Броуди.

Имя хорошо сочеталось с шероховатостью его голоса. Она попыталась представить его: на ум пришла закравшаяся в волосы седина, может, даже борода. У нее было ощущение, что он старше нее, но по одному голосу судить было сложно. Звучал он несколько утомленно – так, словно ему многое пришлось пережить.

– Броуди, – тихо повторила она, а потом – в знак того, что у нее еще остались какие-то манеры, добавила: – Было очень приятно с вами познакомиться.

Он рассмеялся настоящим глубоким смехом:

– К своему удивлению, я отвечу: «Взаимно».

Больше говорить было нечего. Бомба внутри нее перестала тикать. Она даже не заметила, как аккуратно, безо всяких усилий ему удалось обезвредить ее, пока они разговаривали. Угроза взрыва миновала.

Ну что ж.