Ливень

Эти-то что тут делают?

Мужчины сдёрнули преступника за ногу на мостовую и повалили на землю попытавшись надеть на руки за спиной «Оковы сна».

И тут что-то произошло. Маг прижатый к земле расхохотался на всю площадку (хотя Эдкок готов был поклясться, что смех его был больше похож на лай), а потом превратился в оранжевый огненный шар разметавший по округе куски плоти троих человек.

* * *

- Фрау Меленталь зачем вы вмешались в нашу операцию? – без какой-либо агрессии, просто чтобы обозначить свою позицию, произнёс я, поднимая с мостовой отброшенную взрывом теурга.

Как-то я уже имел «счастье» пообщаться с этой строгой дамой сильно за сорок, с короткой стрижкой и дурацкой привычкой вечно всех перебивать.

- Бюлов… Бюлов, почему вы разговариваете со мной в таком тоне? – скривившись от боли произнесла женщина, проведя пальцами по тёмным волосам и уставившись на кусочек мяса на носке сапога.

«Пытается угадать останки ли это её подчинённых или ошмёток кожи преступника?» – подумал я, вложив в ладонь теурга два шарика болеутоляющего снадобья.

- Из-за вас погибло два человека. Я же предупреждал, что брать в плен их не надо.

- Мы должны были попытаться, - непонятно бросила она, разглядывая моих ребят, оказывающих помощь раненым.

- Зачем?

Забросив в рот лекарство, Меленталь смешно дёрнув подбородком вверх, сглотнула (Клара всегда посмеивалась над теми кто так делал называя их то ли утятами, то ли гусятами) и негромко, так чтобы было слышно только мне, произнесла:

- Напав на здание Комиссии они захватили одного из наших.

Где он мы понятия не имеем.

* * *

Изувеченное тело Бутби из-за многочисленных ран на груди и руках истекало кровью, а лицо было похоже на бледную маску смерти с ежегодного праздника Оспы. Ещё больше сходства добавляли покрасневшие от лопнувших сосудов белки глаз.

Теург кричал от боли так громко, что Пьюм и Фрит зажали ладонями уши, но Ниточка и не подумала этого сделать. Для неё вопли пленника были самой сладкой музыкой.

Ещё немножко и он сдохнет, сдохнет раскрыв секрет. До сих пор вспоминая начала допроса, женщина улыбалась. Столько гонора и высокомерия вначале, а потом… как он испугался, что не может творить магию ни голосом, ни еле заметными жестами и движениями. Догадался ли теург что кресло, к которому он привязан, покоится на земле в каковой закопан Камень Отчаяния? Вряд ли.

Вопль становился тише, ещё тише, а затем Бутби попытался вдохнуть воздух в лёгкие, но не смог.