Левиафан поглотивший стихии

─ Тира заметила твоего жеребца на границах земель, ─ услышав за спиной басовитый голос Эдда, Онда вздрогнула и заглянула за плечо: густая борода Хозяина камня впитывала капли дождя подобно почве, а печать на виске слабо мерцала изумрудным светом, ─ но постеснялась лично проводить тебя до дома.

Он помаячил двумя пальцами одной руки себе перед глазами, намекая на способность сестры управлять волей живого существа, и в подтверждение слов брата, снежная сестра энергично помахала в ответ.

Пользуясь растерянностью Онды, Люфт без тени стыда увлеченно разглядывал ее наготу, едва скрывавшуюся под складками промокшей голубой материи:

─ Эффектное появление.

Очень эффектное, ─ он как помешанный закивал головой, демонстративно изучая очертания аккуратной груди, тем самым добиваясь появления смущенного румянца на щеках девушки, поспешившей прикрыться руками. ─ И очень смелое.

─ Ее глаза выше, извращенец! – Близ прикрикнула на брата, в два счета разгадав его намерения. – Будь осторожна с ним. Такого юбочника еще поискать нужно!

– Похоже, я доставила много проблем, даже не успев появиться, – Онда виновато улыбнулась, многозначительно окинув взглядом земли Потерянного края.

– Да, я изрядно потосковала: давно мечтала рассечь эти небеса молниями, – громкий смех младшей из сестер потерялся среди раскатов грома.

– Только не сег’дись на Флейма: он ждал тебя и именно поэтому устг’оил такую засуху, а г’азговог’ы с ним для всех заканчиваются на одной ноте. Главное, ты тепег’ь с нами.

После этих слов Онда отпустила последнюю тревожную ноту со струн клокочущего сердца: прием со стороны семьи стихий показался ей теплым, и это придало немного уверенности.

Девушка невольно вспомнила родную деревню, где каждый житель считал своим долгом поприветствовать ее, стоило только появиться на крыльце дома старейшины.

– Вы мне расскажете о жизни здесь?

– Разумеется, – с готовностью согласился Люфт. – У нас всех есть, о чем поведать друг другу.

– Только давайте продолжим знакомство в особняке, – Эдд подошел к продрогшей от дождя Тире и приобнял за плечи.

– В кой-то веки похолодало.

– Я задержусь, – Онда направилась к озеру, а из ее печати вырвался лазурный дым. – Завершу начатое.

Все одобрительно кивнули и вернулись в дом, оставив девушку наедине со стихией. Повелительница остановилась на берегу, где, как она считала, край мягкого зеркала должен был коснуться галечных четок на ладонях земли, и приказала моросящему дождю вновь обратился стеной ливня.