Хроники Хранителей

Местный конец света отложится. А потом Мара доделает свой прибор и Ангел падёт.

Главное – молчать. Терпеть и молчать. Умереть. Но молчать.

– Кто ты?

Свет лампы усилился. Настолько, что веки стали прозрачными – и теперь Саша будто в упор смотрел на солнце, в ясный летний полдень.

…

Иногда ему в рот всовывали какую-то безвкусную клейкую массу, похожую на разведенную водой овсяную муку, давали глотнуть воды. Отключали на пару часов свет.

Саша повисал на неудобном стуле, то ли засыпал, то ли терял сознание.

А потом все продолжалось по кругу.

И длилось столько, что Саша потерял счет этим “циклам”.

…

Потом всё прекратилось. Когда Саша очнулся, почувствовал под спиной кровать – пусть жестковатую, но ровную и удобную. За веками – не беспощадный свет, состоящий из миллионов иголок, а темноту.

Саша открыл глаза. И разглядел только смутный полумрак вокруг. Всё виделось как под водой или мутным стеклом – размыто.

– Очнулся? – спросил мужской голос.

Саша вздрогнул. Но голос менее всего походил на тот, что Саша слышал последние несколько дней.

И отличался от голосов арестантов снаружи. Казалось, человек читал увлекательную книгу или только что вернулся из кругосветного путешествия – и увидел Сашу.

– Где я? Кто ты? – Саша поднес к глазам руку, она виделась будто через грязное стекло.

– Давай я промою тебе глаза.

К нему приблизился силуэт. Осторожно убрал руку от лица, чуть придержал затылок – и положил на глаза влажные тряпочки, которые пахли травой.

– Что это?

– Это мох. – отозвался голос.

– Он растет в углу нашей камеры – я обнаружил, что он целебный. Из него получается хороший чай, он залечивает мелкие раны и царапины, помогает после ушибов. С ним даже переломы заживают лучше. Думаю, зрение он тоже поможет восстановить.

– Осторожно. – деловито сказал голос, обладатель которого судя по интонации и направлению осматривал Сашу. – Пусть компресс полежит несколько часов.

– А ты кто?

– Человек, который тебя лечит. Отдыхай.

И он осторожно укрыл Сашу тканью, подоткнув края.

Саша почувствовал, что глаза погружаются в прохладную негу. Расслабился. И опять уснул.

…

Когда Саша проснулся и сел, компрессы упали, глаза открылись, зрение сфокусировалось… Он нормально видел! Вот руки, ноги, драное серое одеяло…

Саша огляделся.

Камера. Маленькая камера три на четыре метра, без окон, с тусклой лампочкой на потолке, со стальной дверью без видимых замков, с небольшой затворной щелью на уровне глаз и крупным закрытым отверстием по центру.