Папина дочка

Думается мне, они с Анной поддерживали друг в друге интерес к жизни после смерти. Он ни за что не позволит дочери наделать глупостей, а она сделает всё, чтобы ему насолить. Это так трогательно, что моя зависть выходит из берегов.

– Она готовится к ритуалу. И мы достали серебряный меч, – это я выдал под влиянием гипнотического взгляда мистера Блэка. У вампиров есть свои преимущества над смертными.

Серебряный меч – роскошная альтернатива банальному осиновому колу. Анна хочет, чтобы всё было красиво. После убийства мужа у неё какой-то фетиш на отрубленные головы, но это не моё дело.

Моё дело – дожить до рассвета, потому что Дарк Блэк явно не в восторге от нашей идеи.

– Ох, как славно! Моя малышка решилась на серьёзный поступок, – он сжимает её щёку двумя пальцами, оттягивает и отпускает, – и почему? Потому что папочка плохой?

Туше. Леди Анна поджимает губы. Какой же она ещё ребёнок. Я вздыхаю. Она опускает глаза.

– Анна, в твоём возрасте пора бы понять, что это – не игра, – теперь его тон становится по-отцовски назидательным и входит в диссонанс с золотым анкхом на его шее и крашеной зелёной прядью в длинном конском хвосте.

– Анна, дорогая, смерть – это тебе не шуточки.

Я смотрю на всё это и буквально физически ощущаю, как чаша моих внутренних весов кренится на одну сторону. Всё, что я вижу – как любящий отец отчитывает дочь-подростка. Я знаю, скольких она убила. Я едва ли могу вообразить, скольких убил он. Я знаю, что гнию изнутри, но уверенность в том, что я не смогу отсечь ей голову, крепнет с каждой секундой.

Я не смогу.

Более того, я не должен.

Ей нужен друг. Мне нужна терапия. Ей нужен возлюбленный, но я слишком плох для этой роли. И, к тому же, недолговечен. Я слушаю, как они ругаются на резком гортанном языке. Я смотрю, как она рвёт пополам диванную подушку. Смотрю, как она бьёт его кулачками в грудь.

Я не смогу её убить.

Не то чтобы я её люблю, но что-то вроде этого.

Человеком быть ужасно сложно.

– Анна, хватит, – тихо говорю я, – Анна!

Она обижается, если сказать, что у неё холодные руки.

Она любит мятные ополаскиватели для рта. Один из её дневников есть в библиотеке Конгресса. Я знаю, что она очень хочет, но боится коротко остричь волосы – потом ведь не вырастут. Я смотрю на Дарка Блэка. Я смотрю на леди Анну. Я всё ещё эгоист, и будь на её месте кто-то другой, кто-то по-настоящему одинокий, я бы справился. Так мне хочется думать. Но у меня есть только леди Анна.

– Я выхожу из игры.