Похищенная

Один начинающий, но очень способный парень, аспирант на кафедре физики политехнического университета в Цюрихе, где я некоторое время донимал преподавателей вопросами, пытаясь выяснить границы своего дара и степень опасности для себя любимого, уверял что в конечном итоге время может полностью остановиться и этот эффект означает мою неминуемую смерть. А может и тепловую смерть целой вселенной вокруг меня.

Кажется, юноша был непризнанным гением. Студенты и многие из преподавателей в открытую потешались над ним. Основная масса коллег считала его теоретические выкладки результатом пробела в фундаментальных знаниях помноженного на чересчур бурное воображение.

Тем не менее, когда я, якобы в шутку, описал Альберту "возможность сжимать и растягивать время" он воспринял мою "фантазию" как математическую задачу и всерьез занялся ее решением.

В конце концов, молодой физик описал мое состояние с поразительной точностью, а так же заключил, что все это вполне укладывается в законы пространства-времени. Естественно, не в рамках общепринятой теории, а в том виде, в каком он их себе представляет.

Честно говоря, во всех этих формулах и уравнениях я разбирался как кухарка в большой политике, а потому мне пришлось довольствоваться лишь главной мыслью: постараться никогда не пользоваться своим талантом, чтобы ненароком не уничтожить нашу планету, а может быть и всю вселенную.

Стоит признать, что поступок, который я собирался совершить сейчас, можно назвать верхом эгоизма невообразимых масштабов. Шутка ли, поставить на карту реальность всего сущего ради спасения жизни одного единственного человека? Впрочем, со всей ответственностью могу заявить, что мне нет никакого дела до мира, в котором бы не было Джулии.

- Верните сумку на место и отойдите на два шага назад, - приказал Чезаре. - А не то...

Он недвусмысленно оттянул боек своего револьвера и наставил ствол на меня.

- А не то что? - усмехнулся я.

- Хватит этих игр, мальчик, - покачал головой босс мафии. - Прости, но ты выбрал сам. Ничего личного, просто бизнес.

Выстрел грохнул за долю мгновения до того как я сорвался в ускорение. Воздух вокруг погустел и уплотнился, и без того слабый свет от газовых рожков стал едва различим, а звуки пропали совсем. Как будто уши плотно набили ватой, на глаза упала темная пелена, а все пространство вокруг меня заполнила вязкая, сковывающая движения масса.

А еще резко понизилась температура. Мороз тут же принялся за открытые участки тела, кусая за уши, обжигая щеки и руки.