Усы за двенадцатью замками

«В шапито бездарная гадалка показывает монстров в хрустальном шаре», — ха! Клиенты приходили лишь затем, чтобы поглумиться надо мной, а потом поднимали крик и требовали назад свои деньги…

Мама никогда не упрекала: какой смысл ругать человека за отсутствие таланта? Но она и не сдавалась, упорно продолжая наставлять меня. «Талант — это только туго натянутый канат под ногами канатоходца. А умение пройти по нему — мастерство, добываемое трудом», — так она говорила.

А когда мне исполнилось пятнадцать, появились они. Просто взяли и выросли за одну ночь! Я ужасно испугалась, а мама, обняв меня, заплакала, ведь с этими усами я стала ещё больше походить на отца.

Меня тут же заставили выступать, но публике было не интересно смотреть на усатую девицу, а ничего особенного делать я не умела. Зато им понравилось, когда меня раздели по пояс и пустили в одних панталонах в клетку — водить на тяжёлой цепи старого льва.

Публика по ту сторону клетки смеялась и свистела. Однажды кто-то бросил в нас с Говардом камешком. Потом ещё и ещё.

.. С большим трудом зрителей удалось утихомирить. Это было так унизительно. Так больно. И ужасно страшно. Страшно, когда твоя жизнь зависит от того, сумеет ли вовремя остановиться беснующаяся толпа.

Говард вскоре умер, и одна, без льва, я стала никому не нужна. Тогда меня, наконец, оставили в покое и посадили в шатёр гадалки. К тому времени мамы уже не стало.

В шатре дела шли не лучше, чем в клетке. К молодой усатой гадалке-неумехе люди шли неохотно, зато по-прежнему с большим азартом скандалили и требовали вернуть свои жалкие монеты, если им не нравился карточный расклад или предсказание.

А им никогда ничего не нравилось. Во всех захолустных городках, куда бы ни приехал цирк, было одно и то же: будто менялся только ландшафт и названия, но не люди.

Однажды ночью, когда толпа гуляющих отхлынула от шапито и разошлась по домам, я услышала разговор пьяных акробатов. Они сидели у костра за моим шатром и говорили про некий Перекрёсток миров со множеством дверей, каждая из которых приведёт открывшего её в другой мир, какой ни пожелаешь.

— И что, — икнув, уточнил один, — можно попасть, куда угодно?

— О чём я и толкую, дурень, — заплетающимся языком ответил другой, — только попробуй-ка найти этот П-перекрёсток…

Я слушала не дыша, притаившись за кустом азалии, но разговоры смолкли, и вскоре над шапито разнёсся раскатистый храп.

Как же мне захотелось оказаться в другом мире! Прожить жизнь, в которой у меня был бы выбор. Свой собственный выбор.