Volens nolens

Наверняка, нужно было тогда же предать их огню, но уничтожить последнюю память о прошлом просто не поднялась рука.Новый мир менял своих нечаянных пасынков. Менял так, что многие умирали, теряли память, рассудок, первоначальный облик и превращались в тех, кого Эрри, тот, прошлый Эрри, сам посчитал бы чудовищами. Чудовищами, достойными лишь смерти.

С тех пор прошло много жизней. Эрри научился смотреть на вещи чуть иначе, чем раньше, чуть мягче. Когда ты вдруг становишься чудовищем, пусть даже только внешне, поневоле начинаешь думать, что очень многое вокруг тоже может быть совсем не тем, чем кажется.

Эрри спрятал дневник в складках плаща.Возможно, там, откуда они бежали, война уже давно закончилась.Возможно, где-то там ещё существует клан Чёрного дождя.Возможно...

А ещё более возможно, что, сунься они сейчас в родной Фэрн’а’энн, и стражи Врат, будь они хоть врагами, хоть верными вассалами принца Эрри, ни на секунду не задумываясь, порубят их, «этих проклятых богами чудовищ», в капусту. Кто там будет долго разбираться, когда сквозь врата лезут жуткие, ни на что не похожие существа.

Эрри повернулся спиной к свету фонарей и пошёл по тёмной, густо заросшей иван-чаем и ежевикой тропинке к далёкому озеру. Среди деревьев, сопровождая принца и его волка, скользили тёмные стремительные тени.

Домой хотелось.

***

— Лёха, придурок! — оказавшись в городе, Матеуш разом осмелел. — Ты зачем этому чучелу книгу отдал? Поверил в чушь про вселенское зло, которое полезет из Врат?

— Может, и поверил, а может и нет.

В любом случае, в этом году ночь солнцеворота мы уже пропустили.

— Но? — спросил, чувствуя повисшую в воздухе недосказанность, Лега.

— Но будет же следующий год, — безмятежно улыбнулся своим мыслям Лёха.

— Так ведь Книги больше нет...

Лёхина улыбка стала шире.— Ну, отчего же — нет. Зря мне, что ли, сканер на прошлую днюху подарили.

БЭНГ!

— Бэнг! — сказала тетива.

— Йесс! — хлопнул себя по бедру Куп. Стрела с красным оперением прошила бумагу и вошла в мягкое дерево двери, к которой была пришпилена мишень, на всю длину наконечника.

— Бэнг! — Куп решил закрепить успех. Но торжествующая улыбка тут же сменилась недовольной гримасой — стрелок не успел вовремя убрать руку, и вернувшаяся тетива больно щёлкнула его по коротким мясистым пальцам.

— Йопт! Куп, что здесь происходит? — стрела, вместо того, чтобы войти в мишень рядом с товаркой, с низким гудением вылетела во внезапно открывшуюся дверь и скрылась в темноте коридора.