Голос

Егор не был уверен, что уяснил все до конца, но вроде бы папа ее работал в офисе, мама в парикмахерской, жили они в какой-то штуковине под названием «кондо», а по выходным иногда ездили на море, где купались и ели всякие… ну, фрукты, наверное.

Что еще можно есть в Таиланде? Не жирных же гусениц?

Пока болтали, пейзаж вокруг начал меняться – громадные деревья сделались прозрачными и исчезли, трава перестала шуршать под кроссовками, и вскоре под подошвами оказался настоящий линолеум!

Егор огляделся, и понял, что они идут по коридору внутри громадного здания с прозрачными стенами.

Снаружи было полно людей, мужчины в костюмах, женщины на каблуках спешили куда-то по улице, залитой ярким солнцем. Проплывали разноцветные машины, блестели витрины магазинов, нависали над ними яркие вывески на незнакомом языке – буквы вроде те же, что в английском, но вон «n» со значком вроде волны над ней, а вон перевернутый восклицательный знак, и сзади, а впереди слова!

Что странно, они не слышали ни гула моторов, ни гудков, будто смотрели немое кино на исполинском экране.

Сайфон вскрикнула, но не испуганно, а изумленно.

Егор посмотрел вперед, и обнаружил прямо перед носом нечто вроде стены из полупрозрачного тумана. Протянул руку, и та легко прошла сквозь дымку, но очертания кисти задрожали, она превратилась в размытое пятно, словно погрузил ее в мутную жидкость.

Девочка вцепилась ему в локоть, и они вместе шагнули в преграду.

По другую ее сторону обнаружился просторный зал со стенами из того же самого тумана.

Сам зал наполняли стеллажи, забитые разным товаром.

Прочитать названия на упаковках Егор не мог, но рисунки выглядели красноречивее всяких надписей – вон полка со стиральным порошком, на каждой пачке или пакете улыбающаяся женщина с простыней или полотенцем в руках; вон стоят рядами бутылки со всякими моющими смесями; дальше продукты, расставленные точно так же, как в «Заволжском».

Меж стеллажей ходили люди, перемещались неспешно, будто спали на ходу, еле-еле шевелили руками. Лица у них были какие-то одинаковые, словно у манекенов или кукол, волосы напоминали черную щетку.

- Рау йю най бан дай рю май? – сказала Сайфон.