Импульс

Само по себе перевоплощение без амулета опасным не было. Да, восприятие мира становилось иным, мысли притуплялись, физические ощущения, напротив, делались особенно острыми, эмоции практически исчезали, уступая место инстинктам, но в целом сознание оставалось почти прежним, не позволяя терять самоконтроль. Вот только всё усложнялось, когда в дело вступали человеческие чувства – сильные, сложные, запутанные и оттого болезненные. Они обжигали, заполняли грудь и голову, бросали в звериный облик, как в спасение, но и в нём не затихали.

Рэд с детства проводил в человеческом облике гораздо больше времени, чем его соплеменники. Он годами привыкал к человеческим чувствам и сейчас справлялся с ними ничуть не хуже любого другого жителя Зимогорья. И всё же – ни на день не забывал: без амулета сильные эмоции по-прежнему могут превратить его в опасного зверя.

Но Алиса – человек. В гораздо большей степени, чем он. Она должна лучше справляться с этим…

– Ей было очень больно, – говорила Мэй. – Её что-то очень сильно расстроило.

Эти слова вселяли надежду. Значит, всё-таки случайный срыв. Не осознанное нападение. Несчастный случай.

– Ты уверена? – жадно уточнил Рэд, невольно подаваясь вперёд.

– Я её почувствовала. Перед тем, как она превратилась.

Хорошо. Хотя бы это – хорошо.

– Значит, сильные эмоции, потом перевоплощение, и она сразу напала?

– Да. Я даже не успела осознать, что случилось. Просто… Оцепенение какое-то, а потом…

Это не снимает вины, но всё же… Нет, он и раньше был уверен, что Алиса не могла намеренно причинить кому-то вред. Но от подтверждения этой уверенности стало легче. Настолько легче, что Рэд не сразу заметил повисшую в комнате тишину. Мэй осеклась на середине фразы и вот уже несколько секунд смотрела прямо перед собой широко распахнутыми глазами.

Чёрт. Это же надо было так забыться! Заявиться в чужой дом и превратить разговор с жертвой нападения, перед которой стоило бы извиниться, в форменный допрос… Молодец, Рэд, ты только что помог девочке прочувствовать, на каком тонком волоске несколько часов назад висела её жизнь.