Калининградский сувенир

- Ну чего встали, как неродные?  Что у вас там?

- Константин, доброе утро! – чопорно поздоровался мужчина неопределенного возраста и толкнул кулаком в бок своего спутника. Они споро дотащили до весов свою газовую плиту и, не спрашивая разрешения, взгромоздили её на весы.

- Обратите внимания, Константин! Изделие практически не испорчено коррозией, – разговаривал в этой парочке, видимо, только один из двоих, потому что второй мужик только дрожал и непрестанно кутался в видавший виды драный с одного бока китайский пуховик.

Если честно, он оставлял довольно жалкое впечатление и был весь какой-то неопределенный. Неясного возраста мужчина постоянно прятал испитое лицо от ветра и вызывал стойкое желание положить его где-нибудь поспать.

Его спутник пока еще пытался поддерживать в себе остатки собственного достоинства, поэтому старое замшевое пальто еще сохраняло остатки цвета, а голову этого субъекта, которого из-за очков мне хотелось назвать профессором, украшала меховая шапка. Естественно, тоже грязная, но, как минимум, еще теплая.

- Ой, Иваныч, вот только не надо меня опять грузить своей словесной шелухой, – поморщился Костя, глядя на электронное табло своих весов. – Сорок пять килограммов. Хочешь – возьму по цене черного лома, если нет – вези на рынок.

- Нет-нет, – поспешно согласился мужчина. – Я вам верю, уважаемый Константин, и знаю, что вы не будете наживаться за счет честных тружеников!

Иваныч получил деньги, сунул их во внутренний карман пальто, слегка поклонился Костяну, не переставая говорить слова благодарности, и они с молчуном скорым шагом удалились в сторону выхода из гаражного комплекса.

- Да уж, – проводил я их взглядом. – И как можно довести себя до такого состояния.

- По-разному, – авторитетно заявил Кузнечик, обходя покупку вокруг. – Кто-то пьет, кого-то из квартиры выжили, а кого-то просто всё устраивало. Знаешь, сколько ханыг бродит по мусоркам, у которых и жильё есть, и семьи? Нет бы найти нормальную работу, хоть какую-то. Не хотят! Причем вопрос в том, что они не пьют.

Нет, бухают, конечно, но не запойно. А работать не хотят! Проще вот так вот, где-то спереть что-то, продать и весь день потом баклуши бить.

- Человек всегда сам хозяин своей судьбы, – согласился с Костей Мирон, доставая из кармана сигареты. – Я вот однажды видел кафе, которое открыли три бывших бомжа. Знаешь, как они на стартовый капитал заработали? Бутылки сдавали! Причем сначала накопили денег на убитую газель и на ней гоняли по области за стеклотарой.