Душа снаружи

− За каким хреном он вообще залез в подвал? Я хотела собрать ребят, да, чтобы мы протестовали. Хоть что-то сделать… А тут он, и он говорил, как Ржавый, двигался как он. Это что, прикол такой? Это типа, смешно? А теперь он вдруг главный поклонник, видите ли! Продолжатель дела! А я, дура, чуть не поверила…

− Во что не поверила? − грустно спросил я. Я уже примерно представлял, чем этот разговор закончится. − Что я — это он? В воскрешение, реинкарнацию?

− Я же говорю, я − дура! А теперь ты, смотрю, начитался, влез в роль…

− Ты мне сама приносила статьи! И всем отлично зашел концерт, который мы устроили.

− Мы? − Она взглянула на меня почти с испугом.

− Чел. − Шу, похоже, долго готовил себя к этому разговору. − А вот если серьезно, ну зачем тебе все это? Ржавый был зачетный чувак, не спорю. Но ты просто так резко стал его фанатом, прямо угорел по полной… И вон, она говорит… Не мог, мол ты знать чего-то про него, а откуда-то узнал… Короче, что вообще происходит?

Шу, ох Шу. После того случая с гопниками в порту я то и дело ловил на себе его настороженный взгляд.

И после больнички тем более. А что если Эсси опять начнет биться в припадке, орать не своим голосом, разбивать людям бутылки о голову? А может, сегодня он будет изображать давно умершего чувака?

А Улле… Даже не думал, что она так все воспримет. Хотя чего я ожидал? Оваций и благодарностей? Это ее воспоминания. Ее прошлое. А я влез туда без спросу. Конечно, Ржавый сам пришел ко мне, но ведь ей-то этого не объяснишь. Она не поймет, как не поймет и Шу.

Или стоит рискнуть?

Я ведь наконец пришел к пониманию, что все странное происходящее со мной происходит на самом деле. Мертвые рок-звезды, заглядывающие на огонек, странные миры, люди с крыльями… Моя непонятная разрушительная сила. Все это и отделяет меня от других, заставляет так часто сбегать, не позволяет ни с кем сблизиться по-настоящему. Но ведь я особо и не пытался. И сам считал все это плодом моих мозгозавихреней. Что, если попробовать? Эти двое − первые за много лет, кого я могу назвать своими друзьями.

С натяжкой, ведь с одним из «друзей» я сплю, а другой меня почти боится. Но если я смогу рассказать им, то может, мне впервые не захочется никуда бежать? Может, получится, наконец, остановиться?

Они смотрят на меня выжидающе.

Несколько раз делаю глубокий вдох, но так ничего и не говорю. Не могу понять, мне просто страшно открыться или же интуиция кричит, что этого делать не стоит. Наконец решаюсь.

− Он и правда, приходил ко мне, Ржавый.